Книга Искры снега, страница 61 – Ники Сью

Витя наклонился, опыляя мятным дыханием мои губы. Он замер, словно в ожидании разрешения, словно оказался на дороге, что могла бы вести в сторону большого деревянного дома под названием «счастье». И я поддалась зову собственного сердца, которое тожервалось на ту самую дорогу – к мальчишке из яркого детства.

– Я… – закрыв глаза, произнесла. Губы покалывало в томительном ожидании заветного прикосновения. Однако когда Витя придвинулся еще ближе, планируя меня поцеловать, дверь неожиданно распахнулась – на пороге вырос дядя Олег.

– Вик… гхм, – откашлялся Шестаков-старший. Мы оба моментально отпрянули друг от друга, а я еще и смутилась до самых кончиков ушей.

– В чем дело, пап? – недовольно прорычал Витя.

– Чайник… вскипел.

– Хорошо.

– Идите к… столу.

– Нет, я… – подскочив на ноги, я случайно встретилась взглядом с Олегом Николаевичем. Мне сделалось так неловко, словно нас застукали за чем-то непристойным. Засуетившись, проронила неуверенно: – Мне пора домой. До… до свидания.

Я почему-то был уверен, что стена между нами сломалась, а если и нет, дала серьезную трещину. Глаза Риты, ее теплые ладони, которые лежали поверх моих, ее обжигающее дыхание, щекочущее кожу, – я будто вернулся в выпускной класс, за нашу парту, в наши отношения.

И пусть правда в какой-то степени выбила почву из-под ног, вонзая острые осколки реальности в сердце, тот факт, что мы чуть с Марго не поцеловались, создавал позади спины воздушный парашют, и мне хотелось поскорей сделать шаг в небо, чтобы вдохнуть то долгожданное чувство эйфории.

Выскочив из комнаты, я на ходу сунул ноги в кроссы и помчался по лестнице вниз, позабыв о шнуровке. Зато успел ухватить ключи отца от тачки, уверен, пригодятся. Пока спускался, слышал звук шагов, стремительно отдаляющихся от меня. Ее шагов. Черт, Рита так мило смутилась! Воспоминания заставляли меня улыбаться подобно сумасшедшему, сбежавшему из белой, пропитанной мраком, комнаты.

За ребрами колотило, во мне проснулся давно утерянный дух ребячества. Я и сам толком не понимал, что происходит, просто мчался, перепрыгивая через ступеньки, которых почему-то было неприлично много.

Раздался звук открывающегося домофона, а затем хлопок двери. И я залез на перила в надежде ускорится, чтобы не дать Романовой ускользнуть. Серьезно, откуда такая скорость? Она никогда не отличалась особой физухой, в отличие от меня.

Оказавшись на улице, я сразу увидел ее маленькую, худенькую фигурку, направляющуюся в сторону шлагбаума.

– Рита! – крикнул изо всех сил. Морозный ветер, казалось, обжигал легкие. А снег, что сейчас больше походил на дождь, создавал пронизывающую влажность.

– Романова! – позвал, сокращая между нами расстояние. В этот раз Марго остановилась и даже оглянулась. Ее грудь то и дело поднималась, бросаясь в глаза из-под расстегнутого пальто. Так спешила, что забыла укутаться. Дурочка.

– Ну ты… шустрая, – произнес, подходя ближе. Вскинул голову к ночному небу, выдыхая пары теплого воздуха.

– Я… я не слышала, – Рита отвела взгляд в сторону, но даже в темноте я видел, как отливали румянцем девичьи щёки.

– Замерзнешь ведь, – прошептал. Затем коснулся ее пальто и начал аккуратно застегивать пуговицы, надеясь, что морозный ветер не успел опередить меня.

– Витя…

– Я хочу подвезтитебя домой, – не отрывая глаз от пуговиц, озвучил свое желание. Если честно, сейчас мне было наплевать, согласится или откажется Марго. Я не мог отпустить ее так быстро. Почему-то показалось, уйди она, мы больше никогда не встретимся. Эта мысль, подобно звенящему ужасу, подкралась и испугала.