Книга Ты - моя ошибка, страница 23 – Ники Сью

– Вы переспали?

– И как он? Ну, в постели? А размерчик пойдет?

Слушать было невыносимо. Однако и влезать не хотелось. Опускаться до их уровня – себе дороже. Синицына с кем только не спала, да и подружки тоже. Если уж у нее нормально заводить «секс по дружбе», то нам явно не по пути, даже в оскорблениях.

– Я просто рассталась с Эдиком и так грустно стало. А Женька огонь, а как целуется, – пела соловьем Света. Наверное, подобные высказывания должны задевать, обижать, вырывать кровавые слезы из глаз. Да только мне почему-то было все равно. Я не ревновала, не бесилась. Ну, переспали и ладно. Той ночью не одни они согрешили. Еще неизвестно кому было лучше.

Из кабинки я вышла с гордо поднятой головой. Всполоснула руки, посушила. Пока проводила махинации с водой и салфетками, девчонки молча глазели в мою сторону. Ждали видимо чего-то, правда чего – я не поняла. В итоге молча покинула туалет, а они вновь продолжили перетирать косточки. Что ж! Будем считать, что я стала легендой.

* * *

С последней пары отпросилась, у меня на четыре была ученица по русскому – Марина Алушина. Учится в десятом классе, не отличница, но схватывает неплохо. Скромная, улыбчивая, и в целом с ней никогда не возникало проблем. Зато мама у Марины та еще скандалистка. Если дочка не позвонит ей, если не отчитается, что приехала на урок ко мне, упреков полетит вагон с тележкой. Пару раз такое случалось прямо на допах. Мы разбираем новую тему, а ей мать звонит. Кричит в трубку не своим голосом, словно случилось беда космического масштаба. Марине тогда неудобно было, жуть. Она покраснела, расплакалась. Я думала, не придет больше. Но, к счастью, пришла. Сказала, со мной ей комфортно, а еще объясняю доходчиво.

Сегодня Марину привезла тоже мать, проводила до самой квартиры. Сдала, считай, из рук в руки, и под конец строго наказала набрать, якобы ждать будет у подъезда. Я не стала спрашивать с чего такой тотальный контроль, девочка не маленькая. но Алушинасама выложила, пока раскладывала книги на столе.

– Ульяна, ты извини за сцену, мама из-за вчерашнего перегибает.

– Да ничего, а что случилось вчера? Ты ее расстроила? – Я отодвинула старенький деревянный стульчик, на котором лежала плоская подушка. Усадила на него ученицу, а сама присела на табуретку без спинки. Мебель у нас давно нуждается в замене, как и большая часть квартиры.

– Унюхала запах сигарет, – выдохнула с горечью Марина. Взгляд ее потух, бровки домиком сделались. Мы с ней были одного роста, разве что Алушина на килограмма три больше, чем я. Брюнетка с короткой стрижкой, хотя это недавно она подстриглась. И то, как поняла, назло матери. До этого ходила с косой до пояса.

– Курить начала? – спросила осторожно, открывая учебник на нужной странице.

– Да нет, – отмахнулась она. – Там просто…

– Если не хочешь, можешь не говорить.

– Ну, девчонки с класса начали, мол, такая как ты никогда сигаретку в рот не возьмет. Смеялись, подкалывали.

– И ты решила попробовать? – уточнила. Все-таки Марина не была похожа на тех, кто сам бы начал курить, пить. Да и мать у нее строгих нравов, гулять не всегда разрешает. Не удивительно, что засекла запах. Наверняка дома был серьезный скандал.

– Разок затянулась, кашлять начала и выкинула.

– А мама как узнала?

– Учительница настучала ей, заметила нас. Стерва! – фыркнула Марина, прикусив губу. Я хотела еще поспрашивать, но тут входная дверь хлопнула, и послышались тяжелые шаги. Видимо Ванька пришел. Алушина вдруг выпрямила спину, заправила за ушко прядь, которая скользнула ей на лицо. Казалось, она подобралась вся в ожидании чего-то или кого-то. Нет, я и раньше замечала, как ученица поглядывала в сторону брата. Ваня у меня симпатичный парень. Жаль, что кроме своей Кристины никого не замечает. Вбил себе в голову глупость и страдает от этого.