Книга Развод. Все закончилось в 45, страница 61 – Ники Сью

– Что ты делаешь этим вечером? Может, прогуляемся?

Она заулыбалась, но совсем не так, как до этого. Куда-то пропало смущение, и появился задорный азарт.

‍– Я работаю до двенадцати, если вы готовы подождать… – а затем еще и губу закусила, открыто заигрывая со мной.

– Милая, ты прости, – нарисовался вдруг Бондарь. – У друга сегодня очередной ревнивый срыв, иди, гуляй дальше.

А затем он уволок меня обратно за стол.

– Ну что ты мне малину портишь? – нахмурился я.

– Думаешь, Ксюша реально к своему мужику вернулась? Ты же сам говорил, что он рога наставил.

– Ну а нах*р она к нему в машину тогда села? – раздраженно кинул я. От одного воспоминания, как они уезжали, у меня вены натянулись и в них будто кипятком повалило. Мне хотелось схватить Федора, вмазать ему как следует, и вообще сплавить в другую страну.

– Может дела семейные? – предложил Бондарь.

– С мужиком, который ей леща дал? Кажется, мне пора завязывать с женщинами. Их логика – космос. Может мне вообще свалить куда-то там… в теплые страны?

– В монастырь? – подколол в типичной манере Бондарь.

– Вечно у тебя идиотские идеи.

– Не, ну если завязывать с бабами, то только где-то в храме, без пива и секса, – со смешком произнес Димка, и щелкнул пальцами, чтобы нам принесли еще порцию закусок. А потом повернулся ко мне и вполне серьезно выдал:

– Слушай, ты завали ее и забей на все. Захочет дальше, будете расслабляться, а нет, так пошла она лесом к своему бывшему.

Я озадаченно вздохнул, но ничего не ответил. Хотя вариант был вполне рабочим. Может мне, в самом деле, нужно переспать с ней и отпустит? Иначе от противного чувства, что сжимало лианами горло, можно задохнуться.

А уже на следующий день, я понял, что поток ревности не просто не закончился,наоборот, он прибавился с новой силой. С той самой, с которой совладать мне оказалось тяжело.

Федор высадил нас напротив моего подъезда, обнял Аллу, а со мной скупо попрощался кивком. Вообще я уже привыкла, что между нами пропасть. Да, была семья, надежды, общие мечты. Но теперь ничего из этого нет. И даже сейчас, когда мы вроде ехали в одной машине, слушали всю ту же радиостанцию, которую обожал Федор, я не ощутила ностальгии. Удивительно, а ведь еще больше месяца назад мне казалось, что я каждый день буду погружаться во мрак разведенной женщины, которую отправили в утиль. Смаковать воспоминания, задаваться вопросом, где мы оступились, что сделали не так. На деле же… отпустило гораздо быстрее. Один удар по лицу – и я готова съесть таблетку, чтобы навсегда забыть прошлое, в котором был мой муж.

Мы с Федей обменялись взглядами, уставшими и какими-то опустошенными, и разошлись каждый в свою сторону.

На нужный этаж Алла практически забежала, так ей хотелось скорее в дом, тепла, возможно, просто ощутить состояние защиты. Она заказала пиццу, суши, и пошла в душ. А уже после, когда мы сидели на кухне, дочка вдруг решила пооткровенничать:

– Ты знаешь, мам, я такая глупая, – говорила она, жадно уминая куски с пиццей. А я вроде и слушала ее, сама же поглядывала нет-нет на телефон. Все никак из головы Глеб не шел, и под ребрами противно скребло. Неправильно я с ним поступила, даже толком ничего не сказала. Хотя если бы не он, то еще неизвестно чем бы ситуация с дочкой закончилась, так-то я очень обязана Глебу.