Книга В самое сердце, страница 121 – Ники Сью

— Привет, игнорщица, — отозвался Ярослав. Его голос звучал бодро, но при этом немного тускло, даже как-то поникши.

— Я не игнорщица, — поспешила ответить Настена.

— А кто ты?

— Я просто…

— Что ты просто? Пошла фоткаться с парнями, а мои входящие решила скинуть. — Показалось, что Ярик говорит с нотками обиды. Но Настя тоже была обижена.

— А ты все равно на своей тусовке был. И хорошо проводил время. Какая разница, с кем и куда я пошла.

— В смысле? Мне есть разница. Всегда. Ты — моя девушка, и мне не все равно на тебя.

— Девушкам вокруг тоже не все равно на тебя, — вдруг сорвалось с губ Настены. Она мысленно поругала себя, ну зачем вообще сказала. Стало стыдно.

— Что?

— Н-ничего, я… в общем, это просто фото и…

— Погоди, Насть, — интонация у Ярослава сменилась, теперь там звучали нотки удивления и в какой-то степени радости. Только чему он радовался, Настена не поняла.

— Я же говорю…

— На секунду вернемся к моей тусовке. Тебя смущают девушки, которые были со мной? — осторожно спросил Ветров.

— Ну… — признаваться не хотелось. Но не врать же.

— Ну?..

— Какая разница? — Настя прикусила губу, громко выдохнув. Щеки ее отчего-то покраснели.

— Милая, ты что ревнуешь? — уже совсем мягко и даже нежно произнес Ярослав.

— Я? — воскликнула Настена.

— Ты меня ревнуешь? — наседал Ярик.

— Н-нет, я… с чего бы мне… в смысле…

— Жаль, — вдруг грустно сказал он. — А я-то думал, что ты меня л…

— Я тебя л… — Настя резко замолчала. Если уж ставить на весы тяжесть признания, то лучше уж выбрать ревность. — Ревную! — быстро и как-то очень громко воскликнула она. Закрыла глаза и подумала, что прозвучало это глупо. В таких вещах не признаются. Смущение накрыло окончательно. Настена вся сжалась. Волнительно. Кажется,это было слишком волнительное признание.

— А что ты хотела сказать до этого? — зацепился Ярик за ту самую фразу. Он улыбался, по голосу стало понятно. И выдохнул так сладко в трубку, что по спине побежали мурашки.

— В смысле? Я… я… что… а ты?

— А что я?

— Тебе так нравится слушать мои позорные признания? — робко и смущенно произнесла Настена.

— Почему позорные? Хочешь сказать, что ревновать или любить меня позорно?

— Что? Нет! Я… я не это… все не так. Я… Просто вокруг тебя постоянно девушки, а ты парень… и они такие красивые. А ты… ты наверняка что-то к ним… и-испытываешь. Ну… я имею в виду… в общем, — Настя замолчала. Как же стыдно, как стыдно говорить все это. Будто бы она неуверенная в себе и их отношениях. Но сердцу не прикажешь, и глупым мыслям в голове тоже.

— Насть, — Ярик вздохнул. — Ты боишься, что мои мужские потребности возьмут вверх над моими сердечными желаниями?

Настена молчала. Она не знала, имеет ли право сказать «да». Ведь боялась, в самом деле, боялась.

— Ты плохо разбираешься в мужской физиологии, — не дожидаясь ответа, добавил Ветров. — Насть, я скажу сейчас кое-что очень откровенное, поэтому сядь, если стоишь. Наверняка, это смутит тебя. Хорошо?

— Я… сижу, — робко произнесла она.

— Я… — Ярик помедлил, будто подбирал правильные слова. — Я хочу тебя очень сильно. Не знаю, насколько у нас это с тобой сейчас взаимно. Но ни одна девушка мне тебя не заменит ни в сердце, ни в постели. Да и мужик без секса может спокойно обходиться. Так что выброси эти глупости из головы. Ну и… мне приятно, что ты меня ревнуешь. Черт, это слишком мило. Жаль только, что ты далеко, и я не могу зацеловать тебя. Милая, ты еще здесь? Дыши. Ты мне еще должна неделю безумной любви, с перерывами на обед и ужин. Настен?