Книга Ты и Я - Сводные, страница 23 – Ники Сью

— А его с твоей будущей телочкой посадили, — усмехнулся Семен, внимательно разглядывая новенькую.

— Ребят, может ну его, а?

— И что он злится-то? Все равно с ровесницами не мутит, да… — Беляев поморщился. Девчонка хоть и не была страшненькой, но и красавицей ее назвать нельзя. Серая какая-то. Волосы в хвостик повязаны, юбка ниже колен, худая. Невзрачная такая, мимо пройдет и не запомнишь.

— Не знаю, можешь пойти сам спросить, у вас же с ним любовь.

— Ага, до гроба, — хмыкнул Саша. — Мне и дня хватит, чтобы такую охмурить.

— Ставлю от двух недель до месяца. А если уложишь ее раньше, с меня штука сверху.

— Заметано! — кивнул Беляев, оценивая фронт работы.

Даша

После школы мы с девочками немного погуляли по парку, сходили в кафешку, обсудили все возможные прелести нашего любимого Ын У, сделали даже пару совместных фоток для инсты. Наташа сперва была немного грустной, поникшей какой-то. А потом разошлась и вновь улыбка не сходила с ее лица. Такая вся правильная, с идеально ровной осанкой, поставленной речью, даже смеялась как-то иначе, прикрывала рот ладошкой. Но рядом с ней было комфортно, как и с Мариной. Мальчишки то и дело на нас оглядывались, хотя полагаю, больше на Наташу. Некоторые особенно смелые пытались познакомиться, но получали жесткий отказ. Мне иногда казалось, что Романова точно Принцесса из сказок и рядом с ней должен быть Принц. Самый настоящий. Сильный, смелый, и очень красивый.

Домой я вернулась ближе к четырем часам. Квартира пустовала в гордом одиночестве, и в этом, безусловно, был плюс. Хотела пойти в душ, но на телефон пришла смс-ка от девчонок с родного города. Мы созвонились, с часик поболтали. Немного взгрустнули, что этот год начали не вместе. Подруги, кстати, спросили про Наташу. Она сразу в глаза бросилась. Потом почему-то добавили, что от таких лучше держаться на вытянутой руке. Однако они просто не знают, какая она милая и добродушная.

Закончив разговор на приятной ноте, я направилась в душ, вернее в ванную. У Царевых, не смотря на дорогущий район и крутую квартиру, душевой кабины не было. Зато была удлиненная квадратная ванная, с прозрачными (абсолютно) дверцами с обеих сторон. Я включила на телефоне любимую корейскую лирическую песню и подставила лицо, под горячие струил воды. Закрыла глаза, и почему-то вспомнился папа. Его улыбка, задорный басовый голос и шутки, от которых всегда поднималось настроение. Грустно вдруг стало, тоскливо. Я скучала по отцу, как бы не отнекивалась, как бы не врала сама себе. А ведь за последние две недели он ни разу не позвонил. Мы и до этого редко созванивались, но раз в два или три дня стабильно. Но сейчас совсем как-то потерялись. И сердце ныло от этого, обливалось горючей болью. Почему же все так. Почему именно со мной. Почему с нашей семьей.

В какой-то момент телефон замолчал, и я погрузилась в звуки падающих капель, которые стучали по акриловой поверхности ванны.

Закончив натирать себя до блеска, выключила воду.Сделала глубокий вдох и замерла с поднятой головой к потолку. Мысли улетели в прошлое. Укутали, подобно теплому одеялу. Только безмолвие длилось недолго. Вернее, развалилось оно в один миг. Потому что ручка в ванную комнату неожиданно повернулась, дверь отворилась, и на пороге оказался Илья. На нем были только шорты до колен и больше ничего.