Книга В плену нашей тайны, страница 102 – Ники Сью

— Давай как-нибудь поговорим об этом? Знаешь, я ведь… я тоже, — на языке не было подходящего слова, поэтому я периодически замолкала. — Ян, я…

— Давай, только не сегодня, ладно? Сегодня мне очень хочется, чтобы ты была на моей стороне. А за свой поступок… в общем, я извинился перед Владом. Хотя, кажется, он решил, что это стеб, — с усмешкой в голосе произнес демон.

— Ч-что?

— Что тебя так удивило: что я умею извиняться или, что людям это кажется странным? — Вишневский задумчиво вскинул бровь, вытянул губы, от чего они стали еще более алыми. Он походил на маленького нашкодившего ребенка, который искренне не понимал, почему его поставили в угол. Возможно, папа был прав, возможно, Ян просто не умеет иначе выстраивают линию защиты. Но если так, если я всегда что-то значила для этого человека, что случилось тогда, пять лет назад…

— В общем, может, в номер зайдем? — спросил демон, вырывая меня из размышлений.

— Нет, — с улыбкой ответила я. — Пойдем в столовую, а то ты в номере больно дерзко себя ведешь.

Я обошла Яна и двинулась в сторону лестницы. Он довольно быстро нагнал меня, и нагло взял за руку, переплетая наши пальцы. Я снова дернулась, но больше для вида, а Вишневский лишь закатил глаза, теперь уже с улыбкой на губах.

— Да ладно, если бы я был скромным и бесхребетным, мы бы ходили кругами до старости.

— В этом есть своя прелесть.

— О, нет! Увольте. Целовать морщинистуютетку меня не вставляет, — качнув головой, сказал Вишневский. Да таким тоном, будто ему предлагали отведать свежего таракана.

— Как будто ты в старости будешь супер Альфой.

— У меня отличная генетика, думаю, в старости я буду тем еще старичком, — я перевела взгляд на Яна, который играл бровями и мечтательно смотрел по сторонам.

— Ага, в парике и широких семейниках, — прыснув со смеху, сказала я.

— Это будут самые сексуальные семейники. Ты будешь поражена, — деловито заявил этот самец.

— О, жду не дождусь часа икс, но если твои дедовские семейники меня не поразят, не обижайся, что я пошла, заглядывать на молодого соседа.

— Исаева! — крикнул Ян, резко останавливаясь. Я не успела ни слова сказать, как Вишневский рывком притянул меня к себе, зажимая в кольцо горячих рук. — Никаких соседей, поняла?

— Ну-ка, отпусти меня! — приказным тоном произнесла, ерзая в его объятиях. Демон усмехнулся, забавляясь своим превосходством и моим, судя по всему, плачевным положением: выбраться из его хватки было непросто, скорее даже невозможно. Хотя не знаю, хотела ли я выбираться. На самом деле, мне нравилось, с каким трепетом и желанием Ян смотрел, и как по-хозяйски скользили его ладони по моей талии. Сердце замирало от этих прикосновений, а потом набирало ход, едва не разрывая грудку клетку.

— Где твои манеры, Ева?

— Немедленно, Вишневский, — я не смогла сдержать улыбку, и вообще перестала дергаться. Положила руки ему на грудь, ощущая даже под тканью накаченные мышцы и изгибы его тела. Мне вдруг захотелось поцеловать Яна, и не только в губы, но возможно в шею, и область ключиц, а может и коснуться кубиков пресса. От постыдных мыслей, мне сделалось не по себе, а щеки моментально залились румянцем.

— Как скажете, госпожа, — мягко, пьяняще, голосом самого умелого искусителя в мире произнес Ян. А затем наклонился и накрыл мои губы поцелуем, жадно забирая весь кислород из легких.