Книга В плену нашей тайны, страница 83 – Ники Сью

— Все хорошо, слышишь. Успокойся, закрой глаза, ладно? — голос Яна вдруг сделался не просто мягким, безумно нежным, словно он пел колыбельную. И я послушно прикрыла века, делая глубокие вдохи.

— Помнишь, как в детстве я попросил тебя спеть для меня песню? — шепнул он в трубку.

— Помню, — сглотнув, ответила я, мысленно возвращаясь в тот день, и вспоминая свое красивое платье, и Яна, который не пришел на выступление. А я ведь так старалась, и макияж, и прическа — все было для него одного.

— В те выходные, я тайком пробрался под стол, чтобы послушать, как ты поешь. Знаешь, каких усилий мне это стоило? — он усмехнулся, и мне тоже сделалось почему-то смешно. Сам демон, сидящий под столом, да такое ни в одном кино не покажут. Хотя… он что действительно пришел? Он слушал мою песню? Он видел меня в том платье? Мысли закружились каруселью в голове, и я перестала думать, о том, что потерялась.

— Потом меня заставили мыть посуду и выбросить весь мусор после гостей, это было ужасно, — продолжал Ян. Дыхание у меня стало ровней, руки больше не дрожали, я открыла глаза, ощущая на губах улыбку.

— Ева, — позвал Вишневский. Мне всегда нравилось, как звучало мое имя из его уст: нежно, немного игриво, и тепло. Казалось, Ян вкладывал особый смысл в каждую букву моего имени, казалось, он зажигал в нем искры. Подул прохладный ветерок, трепля меня по волосам, и я вспомнила случай из нашего детства: подняла голову,направляя ладонь к небу, и раскрывая широко пальцы. Ян тогда нашел меня, подставил зонтик и отдал свой пиджак. Наверное, это странно, но воспоминания из прошлого успокаивали, как и голос Вишневского.

— Ева, мне нужен адрес, — требовательно сказал демон в трубку.

— Я скину тебе фотографию, хорошо?

— Оу, да ты рискуешь, детка, — тон Вишневского вернулся в прежнее русло, теперь он со мной заигрывал, а не успокаивал. Хотя в какой-то степени я была ему благодарна, ведь только так забывала о недостатках, рядом с Яном я всегда ощущала себя совершенно обычной.

Вместо ответа, я сбросила вызов и сделала пару фотографий местности. Не знаю почему, но я была уверена, Вишневский найдет меня, несмотря на ту ненависть, что между нами кипела. Хотя может это не ненависть… может это, имеет другое название?..

Прошло почти десять минут, после отправления сообщения. Я сжимала телефон, смотря по сторонам и замечая, как начинает темнеть. Людей становилось меньше, а ветерок уже нагло проскальзывал под одежду и легкий плащ, в котором я вышла на прогулку. Хорошо еще джинсы надела, а не юбку, иначе точно бы замерзла. А потом вдали, среди незнакомых прохожих, я увидела Яна. Он бежал, останавливаясь в центре узкой тропинки. Заметив меня, демон махнул рукой, и его губ коснулась улыбка, до боли знакомая, и некогда любимая улыбка.

— Как ты здесь вообще очутилась? — спросил Вишневский, подойдя к лавочке, на которой я до сих пор сидела.

— Не знаю, наши далеко?

— Ну да, я на такси доехал. Ладно, вставай, пошли!

И я встала, выдыхая с облегчением. Наверное, так чувствуют себя потерявшиеся дети, когда среди незнакомцев замечают того самого. Они начинают улыбаться, может даже плакать. Это чувство не радости, а значимости. В этот момент ты отчетливо понимаешь, что кому-то нужен, ты не один в этом мире, ты никогда не потеряешься. Идя следом за Яном, и разглядывая его широкую спину, я чувствовала себя именно так: маленьким ребенком. Мне всегда хотелось, чтобы меня нашли, чтобы он меня нашел. Но в итоге мы стали врагами.