Книга Портрет содержанки, страница 96 – Ника Черри

— Он твой, — успокаиваю его. — Ты мне веришь? Я не была с мужем много месяцев. С тех пор как мы… — замолкаю, застигнутая врасплох приятными воспоминаниями, разжигающими огонь в моём чреве.

Его плечи слегка расслабляются, дыхание выравнивается.

— Я стану отцом… — бормочет невнятно.

Я не тороплю его, даю время переварить новость. Всё же это серьёзно. Но с каждой секундой напряжение нарастает.

Обрадуется ли он?

— Мы же разбудим малыша, — шикаю на Камиля, игриво отбиваясь от его настойчивых ласк.

Он ловко забирается рукой под ночную сорочку и сжимает ладонь на моей груди под одобрительный стон, против воли вырывающийся изо рта.

— Ничего. Он поймёт меня, когда подрастёт, — говорит о нашем сыне, в то время как я уже мысленно уплыла куда-то вдаль, позабыв обо всём на свете.

— Камиль…

В моём голосе звучит неуверенная мольба. Но я и сама не знаю, о чём. Чтобы он прекратил? Чтобы продолжал, не останавливался? Скорее второе.

— Хочу слышать твои стоны, не сдерживайся, — горячая чуть шершавая ладонь, вызывая табун мурашек, опускается вниз вдоль моего живота и ныряет в трусики, мгновенно находя чувствительное сосредоточение удовольствия.

— Но наш сын в соседней комнате. Он совсем скоро проснётся.

Борюсь с собой совсем недолго, так, чуть-чуть, скорее для вида, а через несколько секунд и вовсе таю в его сильных руках под напором страсти.

Моё тело подчиняется сейчас ему, а не мне. Оно уже давно сделало выбор не в мою пользу.

— Тш-ш-ш… Я выпью твои стоны, — впивается нежными пухлыми губами в мои влажным поцелуем.

— Мне пора вставать. Слишком много дел нужно успеть перед приездом гостей, — недовольно хнычу.

Как бы мне не хотелось продолжить, наслаждаясь чрезмерным вниманием мужа и его реакцией на мои округлившиеся вследствие второй беременности формы, но обязанности хозяйки дома никто не отменял.

Как же мне нравится, что теперь большой стол в столовой можно накрыть на все те двенадцать персон, для которых он предназначен. И мне только в радость похлопотать по дому. По собственному небольшому, но уютному дому. Мы переехали сюда совсем недавно, но кажется, будто прожили здесь всю жизнь.

— А мы быстренько. Расслабься, все дела я беру на себя, а ты можешь сегодня отдыхать.

Он всегда знает, что нужно сказать, чтобы переманить меня на свою сторону. Страстную, чувственную сторону. А я и не против.

— Ты ненасытен, — улыбаюсь и откидываюсь на подушку.

Звучит как укор, но мне на самом деле нравится чувствовать себя столь желанной. Видеть этот огонь в его глазах.

— Ничего не могу с собой поделать, моя Муза, — вожделеюще шепчет Камиль. — Ты словно Венера Боттичелли. Этот животик, эта грудь. Тебе безумно идёт быть беременной.

Млею от сыплющихся один за другим комплиментов, пока до меня вдруг не доходит одна простая истина.

— Погоди-ка, — останавливаю его ненадолго, — так ты это специально? Вторая беременность не была случайностью? Ты всё спланировал!

Я боялась рожать одного ребёнка вслед за другим, вдруг не справлюсь, ведь весь штат прислуги я распустила, да и не доверила бы никому своих детей, хотя и была рада ещё раз увидеть две полоски на тесте.

— Прости, но я так хочу большую семью с тобой. Вечно бы рисовал эти маленькие пяточки, — в его взгляде больше восхищения, чем вины.

Теперь его Муза не только я, но и наши дети. Наш годовалый сынок Марат и мой округлившийся животик.