Онлайн книга «Щенки»
|
Я сказал: – Извиняй, милая. Она молчала, только смотрела волчицей. Боялась нас, походу. Антон сказал: – Вам медицинская помощь нужна. Скорую вызывать надо. – Не надо ей уже скорую, – сказал я. – Ты ее пощупай. Антон сделал еще шаг к девчонке, она сжалась вся в комочек, так мне ее жалко стало. Он прикоснулся к ее лбу, как прикасаются ко лбу ребенка. – Какая холодная. Сейчас умрет, значит. – Да уже мертвая она, – прошептал Юрка. – Ну не мертвая, – сказал я. – Но не живая. Полку я бросил на пол, девица маленькая наблюдала за нами, как будто мы тут были самые страшные. Ну вроде да – три незнакомых мужика. Но вроде нет – мы-то хоть срок свой на земле не отходили. Сложно тут было решить, кто кому страшнее. – Не бойся, – сказал я. – Ты как тут оказалась? Говорить ты можешь? – Дело втом, – сказал Антон. – Что это квартира нашей матери. Она тридцатого от водки умерла. Девушка кивнула, спокойно, без боли и страха за свою бедную голову. – Ты ее знаешь? – спросил Юрка. – Катерина Ворожейкина. Девушка снова кивнула. Волосы у нее были длинные, нежно-светлые, а глаза – такие огромные. Маленькое привидение. Я сказал: – Ясно, понятно, тогда, может, и мать живая? Пошел на кухню, там гроб стоит, мать лежит, все как полагается – без лишних выебонов. Я наклонился над ней и говорю: – Что, и ты жива, моя старушка? Не такая уж старушка, ушла то ли на пятидесятом, то ли на сорок девятом году жизни. Она молчит, рот-то зашили ей. Не шевелится. Мертвая. Только полоска под ресницами блестит. – Смотришь? – говорю я. – Ну смотри, смотри. – Витя, не сходи с ума, – то был Юрки голос. Они тоже пришли поглядеть – бред бредом, но раз одно возможно, так и другое быть может. – Притворяется, – сказал я. – Бред, – сказал Антон. Вернулись в комнату, а девица наша дверь в шкаф за собой закрыла. Ну, я подумал: может, то причудилось? Да только шапка моя, из цигейки сделанная, на полу валялась. И карточки рассыпанные. Антон распахивает дверь, а она опять сидит там. Ну, подумал я, ужас, конечно, но не ужас-ужас. И я спросил: – Ты тут живешь? Она кивнула. Объяснений, как ты понимаешь, не последовало. Вру я, думаешь? Ни разу. Да если б все это со мной не случилось, сам бы я никогда не поверил. – Ну извиняй, – сказал я. – Квартиру мы продавать будем. Меня, кстати, Витя зовут. Юрка тоже представился. – Юрий. – Хуюрий, – сказал я. – Юрка – это брат мой малой. Вон старшой стоит – Антон. Он милиционер, кстати, можешь ему доверять. Тебя как звать? Молчит, минуту молчит, две молчит. Ну, потерял я надежду на то, что запоет птичка. Антон сказал: – В скорую сначала, а дальше посмотрим. Может, заговорит, скажет, может, нет. – Ты идиот? – спросил я. – Дебил ты конченный, ее же на эксперименты отдадут. Будут резать наживую, как кыштымского карлика. – Он был мертвый, – сказал Юрка. – И он просто выкидыш. – Как и ты, – сказал я. – Но ты заслуживаешь лучшего. И эта деваха тоже. Посмотри на нее – глаза в пол-лица, да она тебя больше боится, чем ты ее. Нет, мы ее никуда не сдадим. – Ну, – сказал Юрка. – И куда она пойдет? – У тебя трешка, – сказал я. – Анжела не поймет! Да я и сам не очень понимаю. – Антон, помогай. – Нет, – сказал Антон. – Логичнее всего, если ее заберешь ты. Ты один живешь, раз твой батя в дурке опять. Я подумал, подумал, да и говорю: |