Книга Ночной зверёк, страница 112 – Дария Беляева

— Нет, не хочу.

— Не будь занудой, Хамази, — сказала Эли. У нее на пальце тут же вскрылась ранка, которую она оставила, пытаясь состричь заусенец пару дней назад.

— Сучка, — сказала Эли, слизнув кровь. — Я же не применяю на тебе магию.

— Все вы — сучки, что вообще говорите про магию при Амти!

— Эй! Шайху, ты большая сучка, что ей напомнил! — засмеялась Эли.

— Кстати, это плохое слово.

— Ой, спасибо, Хамази.

Лодку несло в тоннель, и вместо медного неба, Амти увидела темноту, пахнущую влажной плесенью, как часто бывает в пещерах. Было холодно до дрожи, у Амти стучали даже зубы.

Некоторое время они плыли молча и в абсолютной темноте. Амти слышала лишь ток воды и стук сердца Эли, на плечо которой положила голову. Шайху болтал очем-то своем, вроде бы о планах сделать собственную музыкальную группу. Он предлагал им петь вместе с ним, но Эли сказала, что если она не будет звездой, то вообще этим заниматься не собирается, а Шайху сказал, что звездой она точно не будет, пока есть он, и Эли его даже немного побила.

А Амти думала, как же здорово, что можно молчать и ничего не говорить. Она поправила очки, сама не понимая зачем, ведь было темно, и вовсе не той темнотой, к которой однажды привыкнут глаза.

Неожиданно, в наступившей после возмездия Эли тишине, Хамази сказала:

— Вам повезло.

— А? — спросил Шайху.

— Я говорю, что вам повезло.

Темнота, подумала Амти, располагает к откровениям.

— Вы, — продолжала Хамази, судя по движению в темноте, она бессмысленно перелистывала учебник. — Пришли сюда вместе. И вроде как и дальше вместе.

— А ты одна? — спросила Амти, не понимая почему, она ведь прекрасно знала. Может быть, ей захотелось сделать Хамази больно.

— А я — одна.

Как трогательно, подумала Амти, интересно, она утонет, если ее столкнуть? И тут же Амти сама себя устыдилась.

— Мы не против, чтобы ты с нами тусовалась, — сказала Эли.

— Здорово. Спасибо. Правда.

Амти все никак не оставляло ощущение, что из-за темноты Хамази, с которой они были не так уж и хорошо знакомы, захотелось поделиться своими страхами и одиночеством. И Амти не знала, как на это реагировать. Наверное, стоило забрать ее с собой, когда они будут покидать Двор.

— Знаешь, — сказала Амти. — Я думаю, мы в итоге хорошо с тобой подружимся. Может быть, потом даже вместе, ну…

Эли толкнула ее в бок, и Амти замолкла. Но Хамази не отвечала. Ей явно стало неловко. А потом неожиданно для всех, кроме, разумеется, Шайху, лодка накренилась и двинулась вниз по горке, зашумела вода, и Амти едва успела вцепиться в лодку и в Эли, они все запищали, а Шайху засмеялся. Лодка летела вниз, и Амти вспомнила ощущение полета из детства, а потом подумала, что с них станется здесь и разбиться. Это же аттракцион в мире абсолютного зла, вряд ли тут скурпулезно соблюдают технику безопасности.

Впрочем, Шайху ведь был еще жив. Приготовившуюся к мучительной смерти Амти, гибель тоже обошла. Их лишь окатило водой, а вдали Амти увидела свет, показавшийся с непривычки слишком ярким.

На секунду Амти даже подумала,что выплывут они в Государстве, но нет, вокруг был все тот же тусклый, медный свет Двора, просто после полной темноты он казался живым и сильным. Мокрая, трясущаяся от холода Амти вдруг поняла, в чем суть аттракциона. Вовсе не в том, чтобы заболеть воспалением легких и умереть.