Книга Ночной зверёк, страница 73 – Дария Беляева

— Мы оторвались? — спросила Амти.

— Скажи спасибо мне, — ответил Шайху. — Вам всем повезло, что я хорошо вожу.

— Тебе повезло, что ты хорошо водишь, — сказал Аштар, глаз он не открывал. — А то выгнали бы тебя давно. Я бы и выгнал.

— Успокойтесь, ребята, — сказал Адрамаут. — Мы съедим Шайху первым, если окажемся в ситуации ультимативного выбора. До тех пор — он нам друг и брат.

— Да идите вы, — сказал Шайху, машина недовольно вильнула, будто подчиняясь капризам его настроения. Водил он действительно хорошо, казалось машина легко ловит и подхватывает любое его движение.

Амти обернулась. Позади, в темноте, будто глаза далекого, хищного зверя, светились золотым фары машины. Амти не видела, кто за рулем, но узнала силуэт автомобиля и ей было приятно чувствовать — там свои. Там были ее родные люди, и куда бы они ни направлялись, они все-таки были вместе. Когда у Амти ничего не осталось, она начала понимать, что это — тоже много.

Ей хотелось спросить Адрамаута, что стало с его и Мескете ребенком, но она не стала. Они ехали еще долго, и Амти все думала, куда же они направляются. Фонари сменяли друг друга, а их сменяли редкие башни электропередач.

Амти окончательно осознала, что наступила зима.

Впрочем, осознание это пришло к ней снова и в виде гораздо более глобальном и менее приятном, когда Адрамаут велел Шайху остановить машину. А они были нигде, в совершенном нигде, только через занесенное снегом поле виднелись огни деревни.

— Мы не должны, — сказал Адрамаут. — Оставлять машины поблизости отнаселенного пункта.

Некоторое время Шайху и, судя по непревзойденной грации, Неселим, пытались припарковаться, съехав с дороги в сторону леса. Они вышли из машины, и в один момент Амти стало невероятно холодно, а ноги ее оказались в снегу, а снег набился в ботинки. Некоторое время они как могли укрывали машины снегом и ветками. Впрочем, было не так важно, найдут их или нет — номера там все равно были фальшивые. Но лучше было, конечно, средства передвижения сохранить.

Когда Мелькарт об этом сказал, Мескете склонила голову набок. Она сказала, что, возможно, скоро им не понадобятся такие средства передвижения.

— Куда мы идем? — спросила Амти, когда машины оказались спрятаны, пусть и не так надежно, как хотелось бы. Амти уже продрогла, и ей было не так важно, куда.

— К Шацару твоему любимому, — сказала Эли.

— Заткнись, — ответила Амти. В ее сумке, которую она держала, все еще хранилась его перчатка.

— К моей матери, — ответила Мескете. — Она даст нам кров. Надеюсь, долго мы не будем злоупотреблять ее гостеприимством.

Мелькарт и Адрамаут повели Аштара, а их сумки остались в ведении Неселима. Они пошли через поле, снег забивался в ботинки, Амти все время спотыкалась, а луна на небе висела кругом вкусного, свежего сыра. Амти была голодна и продрогла.

Где-то далеко выли собаки, горели окна в домах. Окна в домах-то горели, но уже не все. К тому времени, как они дошли, большая часть из них погасла. Мескете и Адрамаут явно дожидались, пока погаснут все. Они огородами шли к нужному дому, не решаясь выйти на главную улицу и не желая злить собак.

Нужный им дом был стареньким, но довольно ухоженным. Амти не видела его цвета, но подумала, что, наверное, при свете дня он нежно-голубой, как небо утром. Подумав об этом, Амти посмотрела вверх и увидела большие и блестящие звезды на низком небосводе.