Книга Дом всех тварей, страница 30 – Дария Беляева

Никто все равно не обращал на нее внимания.

Амти подумала, вот бы Шацар был здесь, с ней и Шаулом. Тогда она бы чувствовала себя защищенной. Ей было бы достаточно просто знать, что он рядом.

- Я рядом, - сказал Шацар, и она услышала его голос, будто он действительно с самого начала был вместе с ней.- Я всегда рядом с тобой и Шаулом.

Голос у него был абсолютно лишенный эмоции, он не хотел ее успокаивать, он просто констатировал факт.

- Спасибо, - прошептала Амти одними губами, а потом вздрогнула, поняв как это дико смотрится со стороны. Мысленно она добавила:

- Что ты откликнулся. Ты ведь понимаешь?

- Нет. Не понимаю. И сейчас я занят попытками принять закон, не совместимый с господствующей моралью.

По его тону, по голосу, Амти поняла, что он чувствует неловкость и очень смутился. Еще год назад Амти ни за что бы не услышала этих оттенков в его голосе. Тогда все его интонации казались одинаково ровными и не значащими ничего.

- Папа? - спросил вдруг Шаул, и Амти сказала:

- Тшш, папа на работе.

Они едва не проехали свою остановку, успев вылететь из автобуса в последний момент. На этой остановке выходили они одни, и не удивительно. Район, который почти полностью был определен под снос вряд ли считался востребованным. Множество аварийных домов в состоянии намного худшем, чем даже тот, где жили теперь Аштар и Эли.

Кое-где дома уже снесли, и экскаваторы как причудливые звери с длинными шеями и зубастыми мордами, паслись на грудах камней. Район был совершенно непригоден для жизни, все магазинчики, что были здесь, давно закрылись, люди, в большинстве своем, нашли способы уехать, потому что никому не охота день и ночь жить там, где дома уходят под снос. Шумно, грязно и никаких перспектив улучшения жилищных условий. В целом что-то такое можно было сказать и о самом Государстве.

- Конечно, это не то, что мама хочет показать тебе о мире, - сказала Амти.

Шаул указал пальцем на ближайший экскаватор и доложил:

- Ест.

- Нет, милый, он не ест камни. Это машинка. Она не живая.

Они пошли мимо груд камней, оставшихся от чьих-то жилищ, мимо обреченных на снос домов, оставленных магазинчиков, покалеченных детских площадок с вырванными из земли железными балками лесенок и горок. Искореженное место, запустелое.

Вроде как здесь проседал фундамент и был огромный риск обвала. Года четыре назад, когда Амти еще жила своей обычной, нормальной жизнью, здесь случилась какая-то большая катастрофа с обрушением одной из высоток, погибло много людей, и весь район был постепенно опустошен. Люди, в большинстве своем были давно расселены в других типовыхмногоэтажках, а непригодная для строительства местность медленно очищалась от домов. Так как было непонятно, зачем нужен этот пустырь, работа шла медленно, никакой мотивации спешить с этим не было.

Ашдод, видимо, о своей безопасности заботился мало. Большинство соседей его покинули, и он, как капитан, оставался на этом тонущем жилищно-коммунальном корабле последним.

- Тебе понравится в гостях, Шаул. У дяди Ашдода есть много вещей, способных тебя убить. Ты ведь это любишь больше всего на свете? Наверное, нет. Почему я говорю с тобой о таких вещах? Как скоро ты будешь думать, что я плохая мать?

Шаул лепетал что-то в ответ, но Амти его не понимала. Наверное, с точки зрения Шаула, они вели какой-то весьма осмысленный диалог, потому что вид у него был очень важный и сосредоточенный.