Книга Ловец акул, страница 353 – Дария Беляева

— Давай назовем его Марк.

Она что-то про меня поняла, потому что очень легко сказала:

— Хорошо, мы назовем его Марк.

Марка Нерона нашли через три дня, какие-то собачники, девушка и парень с овчарками. Тоже любили забраться поглубже в парк.

Как мне это было? Ну, нормально, а как еще? Жизнь есть жизнь, смерть есть смерть.

Помню, я тогда подумал еще раз, что все-таки мне подвезло с тем, когда Саше рожать приспичило. Не то чтобы это было какое-то нормальное алиби, но есть представление, что два таких значимых события в жизни человека в один день никак не случатся. Просто представление, ничего больше, но ничего больше мне и не было нужно.

Уж слишком все с Нероном казалось очевидным, слишком все по-моему выходило. Я знал, чтобы не развивать конфликт с кем-то жутким и влиятельным, эту историю главный спустит на тормозах. Он так же легко разменял Нерона, как я разменял бы, не знаю, Серегу. Так уж все устроено, не очень справедливо, но очень правильно.

Первым делом, как узнал трагическую новость, я сразу поехал к Арине. Я как раз возвращался от Саши, навещал их, и тут мне позвонили по поводу Нерона. Я все никак не мог поверить, что Марк в моей жизни теперь совсем другой.

Арина распахнула передо мной дверь и тут же бросилась мне на шею. Впервые на моей памяти в ушах у нее не было сережек, без косметики она выглядела бледной и больной.

— Господи, — прошептала она, пахнущая не духами, а долгой поездкой в Москву. — Вася, я не могу поверить.

— Я тоже, — сказал я. — Просто не могу поверить, Арин.

Я думал, она спросит меня:

— Почему? Ведь ты его убил.

У меня было такое представление, что она это спросит, навязчивое, жуткое, меня всего продрала дрожь. Но Арина сказала:

— Еще Света с температурой лежит, все это так не вовремя.

Иногда люди говорят очень, очень циничные вещи. Ну, стресс, все дела. Арина выглядела такой растерянной, мне захотелось взять ее за руку и, как маленькую девочку, провести через все это.

Не было у меня к ней никакого сексуального желания, хотя она была очень красивой женщиной, и это бы даже того стоило — оттрахать ее, убив ее мужа, в самой идее что-то есть.

Но я думал о ней в тот момент, как о ребенке, которого надо защитить.

— Слушай, ты лечи Светку, отдыхай сама. Ты ей сказала уже? Я сам все организую, короче.

У меня и опыт есть. Люблю друзей хоронить и хорошоумею.

Аринка разрыдалась еще сильнее, потом зажала себе рот и кивнула.

— Может, не надо было ей этого говорить?

Зеркала в доме завесили, и я был этому рад. Не очень-то хотелось на рожу свою паскудную смотреть.

А держался я хорошо, мастерски просто. Черный пояс по наглой лжи у меня.

— Света спит просто, — сказала она. — Надо потише. Я ей "Панадол" дала.

Ну да, "Панадол", я вспомнил свою историю с "Панадолом", теперь она показалась мне такой смешной и далекой. По сравнению с пытками, которые человек сам себе устроит, если надо, все эти вырывания зубов — детский утренник.

— Давай я тебе кофе сделаю.

— Ну ты что? Дай я сам сделаю.

На кухне Нерона я хозяйничал легко и привычно. Здесь был мой второй дом, и до сих пор оставалось так, хотя человек, который привел меня сюда, сейчас лежал на холодном железном столе.

Аринка задернула шторы, словно от слишком яркого света ей было плохо. Я готовил кофе в полутьме.