Книга Аркадия, страница 47 – Дария Беляева

Делия задумалась, потом пожала плечами.

— Я волшебно пробивала школу. Никто не мог меня запалить.

— Может, ты умеешь становиться невидимой?

Делия засмеялась и потрепала меня по голове. В «Касабланке» один парень сказал другому «это может быть началом отличной дружбы», но там была немного другая ситуация.

— Так мы можем идти, провидец?

— Да, — сказал я. — Если что-то изменится, я сообщу.

Но сказал я не как провидец, а как пилот. И мы пошли дальше. Тропинка была узкая, иногда она закручивалась петлей, иногда давала резкий поворот, но всегда была видна. Лес вокруг нас жил своей особой жизнь, которая была немного настораживающей. Резкие звуки, шелест, мелькающие тут и там цветные птицы, все делало нас нервными,и мы то и дело оборачивались, ожидая увидеть ту мерзкую сколопендру, хотя я и знал, что она далеко.

— Как думаешь, что от нас хочет этот парень, который здесь король?

— Тут два парня, — сказал я. — Насколько я понял. Но я мог неправильно понять. Не знаю, мы же в фэнтези. Я читал фэнтези. Он хочет съесть наши души.

— Тогда зачем мы к нему идем, Герхард?

— Не знаю. А куда нам еще идти? Я, например, не хочу жить дикой жизнью.

И мы засмеялись. Никто до Делии не смеялся над моими словами. И хотя я не пытался пошутить (я редко шучу, потому что для этого нужно играть со своим голосом), мне нравилось, что я кажусь ей забавным. Она сказала:

— Я думаю, ему нужна наша кровь или что-то вроде того. Если ему были нужны наши родители, но он согласился на нас, тут что-то с кровью. Он ждал нашего появления здесь восемнадцать лет. Мы для него важны.

— Тогда мог бы проследить, чтобы здесь не ходила гигантская сколопендра, — сказал я. Щебетание птиц стало нестерпимо громким, и я посмотрел вверх. Над моей головой было большое, апельсиново-оранжевое солнце, вокруг которого кружили разноцветные птицы. Они танцевали какой-то свой танец и, казалось, что они окаймляют солнечный диск. Это было как на картине, но картина двигалась, цвета сменялись, и птицы путешествовали по кругу, а мне было интересно, зачем им это нужно. У земных птиц я такого поведения не замечал, но, наверное, подземные птицы были другими. Они кружили, и я видел, как золотой сменяется синим, и снова золотым, затем красным и зеленым, и все это были блестящие перья этих птиц. А потом они замерли, как орнаментальная рамка, и я заметил, что Делия тоже смотрит.

— Как красиво, — сказала она. Я кивнул, потому что был согласен, и мне тоже нравилось.

— А что они делают? — спросил я. Делия пожала плечами.

— Я о таком не читала. Ученые до сих пор не знают, как птицы, например, находят дорогу на юг. Есть гипотеза, что они ориентируются по магнитным полям. Но точно никто не знает. Может быть, здесь у птиц сбились эти ориентиры, чем бы они ни были?

— И они тогда будут кружить, пока не…

Но Делия закончила за меня:

— Да, Герхард. Пока не умрут.

В этот момент ей под ноги упала одна из золотых птиц. Глаза у нее были мутные, перья золотые, а клюв широкораскрыт. Делия взяла ее на руки, и я тоже к ней прикоснулся. Она была очень горячая. Ее сердце билось быстро-быстро, но прежде чем я или Делия успели что-то сказать, оно дернулось как будто слишком сильно и остановилось. Напряженное птичье тело расслабилось, но остывать стало не сразу. Я почувствовал грусть — это было красивое существо и молодое. Делия сказала: