Книга Аркадия, страница 66 – Дария Беляева

Мои желания обычно ограничивались ресторанами получше и девушками покрасивее. Остальные желания покинули меня в ходе поисков просветления, как и обещали бодхисаттвы из маминых сутр, но эти оказались очень живучими.

— Не думаю, что ему нравится, что ты фамильярничаешь, Аксель, — сказал Герхард. Я посмотрел на мотылька. По нему было сложно сказать, нравится ему что либо или нет. На тарелке передо мной лежал апельсин в меду, он пах дурманящими специями, и на вкус оказался удивительно странным, у него был почти мыльный привкус. Сейчас такое уже не готовят, специи перестали быть показателем роскошной жизни, и их стали использовать по назначению вместо того, чтобы мешками утрамбовывать в каждое блюдо. Я ощутил сладость и горечь одновременно. Больше всего апельсин в меду напоминал плохо смешанный коктейль, в который еще не плеснули алкоголь. Но свое очарование в этом было. Я подцепил вторую дольку апельсина двумя пальцами и дал Астрид. Она высунула язык в знак своего крайнего отвращения.

— Интересно ведь, — пожал плечами я. Раз мы застряли здесь на неопределенный срок, стоило насладиться сервисом сполна.

— Эй, гедонист! —крикнул Аксель.

— Да? — откликнулся я. В конце концов, если здесь кто и обладал склонностью к сибаритству и поиску удовольствий, так это я.

— А у тебя вопросы есть или тебя больше меню интересует?

— Меня больше интересует меню, — честно признался я. — Я вообще-то не очень любопытный человек. Не сочти это за невнимание к твоей персоне, однако я лучше послушаю.

Астрид толкнула меня локтем в бок — совсем не больно, со мной она всегда рассчитывала силу, и я перехватил ее за руку, мы переплели пальцы. Я бы хотел сказать, что мое настроение стремительно улучшалось, но оно и так было очень даже неплохим.

— Что это за существа? — спросила Делия, пользуясь паузой, возникшей в нашем разговоре. Аксель тут же, как заядлый коммивояжер, сосредоточил фокус своего внимания на ней.

— Это прислуга, разве непонятно? Коренные жители Аркадии. Понимаю, их сложно представить автохтонными населением местных земель! Но это так. Местная флора и фауна отличается разнообразием.

— Я думаю, нас интересует не это, — сказала Констанция. Она явно была задавака, но девушкам с такой копной золотистых волос я это, обычно, прощал.

— А что же нас интересует? — спросил Аксель. — Ах, ты, наверное, про короля?

— Он — бог смерти? Дух смерти? Дьявол?

— Нет, нет, и еще раз нет.

— Мама и папа говорили, что он был первым человеком на земле!

— Бинго, Герхард! Ты получаешь от меня, от меня ты получаешь… ничего и мою сияющую благодарность! Тебе будет ее достаточно? Отец был первым из людей земли, но его дети, как вы уже поняли, землю не унаследовали. Благодаря ему в мир пришла смерть, и он был наказан высшими силами, отчужден от земли и вынужден наблюдать за Рекой, текущей под землей…

— Под землей не может быть подобной экосистемы, тем более не может быть неба или солнца, — буркнула Констанция.

— Маленькая зануда! — сказал Аксель. — Ты находишься на другом пласте мироздания! Смирись уже с этим!

Аксель то ли правда был удивительно раздражительным и ему это нравилось, то ли с легкостью и удовольствием играл в раздражение. Он сказал:

— Словом, мы с вами несколько иная порода людей. Первый вариант был красивее и безумнее.