Книга Звезда заводской многотиражки, страница 91 – Саша Фишер

Выбираться из автобуса тоже пришлось с боем. Стояли мы совсем рядом с дверью, но чтобы покинуть автобус, пришлось сначала убедить тех, кто висит, уцепившись за поручень и шубы впереди стоящих, что никакой беды не будет, если они все-таки нас выпустят.

Оххх. Так и хотелось сказать, что я слишком стар для этого дерьма! Аттракцион не для слабонервных, блин!

Стол находок мы нашли со второго раза. Сначала сунулись в райотдел милиции с центрального входа, но строгий дежурный процедил, прикрыв трубку рукой, что нам нужна дверь с торца. И даже помахал в нужную сторону. За стеклом в обезьяннике томились три мужичка хмурой наружности, у одного набухал под глазом здоровенный фофан. Ну да, здесь тоже в каком-то смысле мало что поменялось.

— Красавицы, здравствуйте, — сказал я, заранее расплываясь в виноватой улыбке. Посмотрел на здоровенные часы на стене. Было без десяти семь. — Я звонил вам примерно в обед, и прекрасная Наталья Сидорова сообщила мне, что к вам доставили мои документы.

— Наталья Сидорова — это я, — сказала одна из женщин, помоложе. Вторая, постарше, посмотрела осуждающе и поджала губы. Потом выразительно посмотрела на часы.

— Барышни, я летел, как ветер! — я прижал к груди коробочку с пирожными. — Даже быстрее ветра! Ах да! Надеюсь это немного скрасит вам этот холодный вечер...

— Это же вы Мельников Иван? — бледные щеки Натальи немного порозовели, уголки губ дернулись вверх.

— Все верно! — я жестом фокусника выхватил из кармана паспорт. — Мельников Иван — это я и есть.

Наталья встала и шагнула вглубь помещения. Но женщина постарше ее остановила, взяла у меня паспорт. Долго разглядывала мою фотографию, потом, так же придирчиво, мое лицо. Потом как бы нехотя кивнула.

— Вот, забирайте, — Наталья вернуласьи положила на стол немного мятый бумажный конверт, из которого выглядывали две «корочки» и потертую дермантиновую папку, довольно толстенькую наощупь. — Это же тоже ваше? Там везде ваша фамилия.

— Да, конечно! Вы просто ангел! — Я сделал морду тяпкой, как будто так и надо. Не задавать же дурацких вопросов, типа: «А что это такое?»

— Дайте еще раз ваш паспорт, пожалуйста, — попросила Наталья. — Надо зарегистрировать.

Она открыла конторскую книгу и принялась переписывать в нее данные моего паспорта. Я расстегнул молнию на папке и заглянул туда. Бумаги, какие-то вырезки из газеты, несколько плотных листов, наверное почетные грамоты или что-то в этом роде, и еще какие-то более мелкие штуки. Я закрыл замок и незаметно выдохнул. Надо будет обязательно придирчиво все рассмотреть. Но потом, когда я останусь один.

Мы вышли обратно на холод. Даша зябко поежилась и уткнулась носом в пушистый воротник своего пальто.

— Ну что, куда теперь? — бодро спросил я. Новая «добыча» вселила в меня такой оптимизм, что я даже холод не сразу почувствовал.

— Улица Макаренко, дом шестнадцать, — сказала Даша. — Это нужно на ту сторону пустыря, и там такой здоровенный дом прямоугольником.

— Да, я знаю, где это, — кивнул я. — Пойдем тогда, если еще постоим, то у меня ноги отпадут.

— Знаешь? Откуда? — удивленно спросила Даша. — Ты вроде здесь совсем недавно...

— Приятель старый живет по соседству, — не задумываясь, соврал я.

Мы прошли обочиной Закорского тракта метров сто, потом свернули на тропинку через пустырь. В будущем на этом месте будет стоять блестящий зеркальными стеклами и светящийся рекламой торговый центр. От овражка в центре, через который сейчас перекинут хлипкий деревянный мостик, ничего не останется. Приедут бульдозеры и выровняют тут все. Конечно же, я отлично знал этот пустырь. Только переходил его по другой диагонали. От дома по адресу улица Макаренко дом шестнадцать до школы. Мы здесь жили года три. В прошлой жизни. Когда я учился в третьем и в четвертом классах. Так что пустырь этот я знал, как свои пять пальцев. И одинокий фонарь, освещающий то место, где протоптанная множеством ног тропинка вливается в асфальтовый тротуар, и мостик этот... там даже где-то мое имя должно быть вырезано. Или еще будет только? С грязно оранжевая коробка с вывеской«Стимул» на том краю. Сначала я не понял, что это такое. А потом мы с пацанами перетаскали туда довольно много макулатуры...