Книга Звезда заводской многотиражки 3, страница 54 – Саша Фишер

— В баре шампанское бутылками не продаем, — высокомерно отозвался бармен. — Только бокалами.

— Да как скажете, милорд, — хохотнул я. — Тогда два бокала. И два бутерброда с икрой.

Бармен невозмутимо поставил перед нами на стойку дв обычных высоких стакана. Я сначала хотел возмутиться и спросить, почему это не бокалы на изящных ножках, но махнул рукой. Не граненые стаканы, и ладно. Слишком уж многого я хочу от ресторана на заводских задворках Новокиневска. Да и незачем бесить человека, который имеет доступ к твоей еде.

— А почему бутерброды без цветочков? —разочарованно протянула Даша. — На витрине другие…

— Девушка, на витрине бутерброды стоят уже четвертый день, для красоты, — доверительно сообщил бармен. — Если хотите, я, конечно, могу их достать, но я бы не советовал…

— Нет-нет, меня вполне устраивают свежие и некрасивые, — Даша помотала головой. Ну да, эпоха фотографирования еды еще далеко. Это в двадцать первом веке если бы он так ответит, то Даша бы тут же схватилась за мобильник и запостила во все соцсети фотографии «ожидание vs реальность», с геометкой и тэгом «никогда сюда не приходите». А сейчас она преспокойно схватила с фарфорового блюдца кусок белого батона, намазанный неровным слоем масла и негусто посыпанный сверху красными икринками.

— С вас три рубля восемьдесят две копейки, — сказал бармен.

— Хм… — я посмотрел на меню и мысленно попробовал сложить все эти копейки друг с другом.

— Четыре процента за обслуживание, — сказал бармен, как будто прочитав мои мысли.

— Как скажете, милорд, — хохотнул я, прекратив подсчеты, и положил на тарелку для денег синенькую пятирублевку. — И не давайте пока нам сдачи, мы все равно будем заказывать еще.

Царственный кивок головой, и купюра исчезла под стойкой.

— Ну что, Даша, отметим мою удачную подработку? — сказал я и приподнял стакан. Даша тоже приподняла и легонько звякнула краем своего стакана об мой. С бокалами это смотрелось бы эффектнее, конечно, но так тоже неплохо.

Вообще-то, если продолжать изображать неведомого контролера неведомой конторы, стоило бы затребовать весы и уточнить, сколько конкретно по госту должно быть в бутерброде хлеба, масла и икры. Но делать этого мне не хотелось. И без того было понятно, что икры тут вдвое меньше, чем полагается, да и хлеб, скорее всего, не тот. И остатки банок икры благополучно уже проданы с черного хода или покоятся на дне бездонной сумки так удачно сэкономившего ценный продукт повара. Но мне не хотелось скандалить и качать права. А хотелось продолжать мило трепаться с Дашей, иногда нашептывая ей на ухо всякие непристойные глупости, от чего на ее щеках начинал играть трогательный румянец.

Из основного зала ресторана раздались многообещающие звуки. Пока еще не очень мелодичные и слаженные — это музыканты только расчехлили свою аппаратуру и настраивались. Значит скоро заиграют что-нибудьромантичное.

Да и пустовавшие столы тоже начали заполняться. Зал заполнили голоса, женский смех и звон приборов.

Я заказал по второму бокалу и по бутерброду с сыром и докинул в свою «кассу» еще рубль. И как раз в тот момент, когда бармен наполнял наши бокалы, в бар вбежал мужчина.

— Шеф, грушевая есть? — жизнерадостно спросил он. — Официант сказал, что у них закончилась, в баре спросить.