Книга Звезда заводской многотиражки 3, страница 76 – Саша Фишер

— Куда в верхней одежде?! — раздался зычный окрик суровой женщины героических пропорций и скрученными дулей на макушке седыми волосами. Она тоже была одета в жилет из овчины поверх обычной одежды, как и принимавшая меня администраторша. Такая вот униформа загородной жизни, что уж… — Гардероб для кого поставили?!

— Да мы же ненадолго совсем, Марья Ильинична! — моментально отозвался один, самый высокий, шапка сдвинута на затылок, а из кармана пальто многозначительно выглядывает горлышко бутылки из зеленого стекла. Наверняка, из второго тоже, просто мне было видно только один карман.

— Не положено в верхней одежде, ясно вам? — отрезала гардеробщица и грохнула ладонью по деревянной полке перед собой.

— А давайте вы отвернетесь и будто не заметите, а мы вам из буфета шоколадку принесем? — заводила заискивающе посмотрел на Марью Ильиничну, но она грозно сдвинула брови. Стало понятно, что отворачиваться она не будет.

Я спорить не собирался, так что стянул с себя пальто, сунул ему в рукав шапку и протянул ей.

— Петелька на соплях держится, — заворчала тут же Марья Ильинична. — А зашить, конечно же, руки отвалятся.

— Виноват! — я браво щелкнул каблуками. — Обещаю исправиться!

Развеселая компашка, воспользовавшись тем, что я отвлек внимание грозной гардеробщицы, устроила возню с перекладыванием бутылок и закуски из карманов пальто в другие карманы.

Ну а я получил свой номерок и двинулся искать Антонину Иосифовну. Из любопытства заглянул во все имеющиеся двери, перед тем, как подняться на второй этаж в столовую. Дверь справа, та, что под лестницей, вела в торжественный актовый зал. Источником шума, привлекшего мое внимание, оказались рабочие, расставляющие стулья ровными рядами. А еще двое волокли по сцене внушительных размеров кафедру.

В коридоре вдоль гардеробаимелись двери с буквами «М» и «Ж». Заглядывать не стал, ибо назначение и так было понятно. За дверью с противоположной стороны холла пряталось что-то вроде классной комнаты или малого конференц-зала. Рядом с дверью — затянутый синей тканью щит. К нему иголочками была приколота разная информация. Начиная от программы нашего мероприятия и заканчивая огрызками бумаги с не всегда понятными объявлениями. Например такое «Павел Степлищев, корпус два, четыре штуки!!!»

Я немного поизучал программу, выяснил, что через час будет торжественное открытие, а после ужина — выступление ВИА «Улыбка» и танцы. И направился наверх.

Перед входом в столовую была еще парочка дверей, маркированных буквами «М» и «Ж», и целый ряд раковин с длинным зеркалом над ними. А над зеркалом — длинный же плакат, на котором разноцветными толстеньким буквами было написано, что «Мойте руки перед едой! Чистота — залог здоровья!» Правда, никаких приспособлений для вытирания рук рядом не имелось. Видимо, знающие люди ходят в столовую со своим полотенцем. «А в туалет — со своей туалетной бумагой», — ехидно подсказал внутренний голос.

Антонина Иосифовна нашлась в закутке буфета. Она сидела за столиком одна и внимательно просматривала лежавшую перед ней газету. С самого края стола — белая фарфоровая чашка с остатками чая.

— А, Иван, очень хорошо, что вы уже здесь, — медленно проговорила она, сложила газету, под которой обнаружилась картонная папка. — Вот, возьмите. Это тезисы ваших материалов.