Книга Звезда заводской многотиражки 4, страница 29 – Саша Фишер

Но две пациентки никакого сарказма в словах бабушки не заметили, и только закудахтали согласно. Мол, да, туалет тут ужасный, если упасть, то костей не соберешь.

На самом деле, милиция приехала довольно быстро, от силы через пятнадцать минут. Просто эти минуты показались мне чудовищно длинными, как будто часа три прошло, не меньше. Центральная дверь отделения открылась, и в коридор вошло двое мужчин в форме с накинутыми поверх нее белыми халатами.

— Старший лейтенант Ивашкин, — представился тот, что был впереди. — Кто вызывал милицию.

— Это я звонил, — я встал и поднялруку. Как на уроке. Бросил взгляд в сторону туалета, откуда все еще не вышли Аня и Наталья Ивановна. Может, уже пора беспокоиться о моей бабушке? Хотя нет… Это же не первый этаж, так просто в окно не выпрыгнешь…

Вокруг снова поднялся шум. Все свидетели спешили поделиться своим ценным мнением. Те, кто несколько минут назад разбрелись по своим палатам, снова повысовывались в коридор. Кто-то послушать, а кто-то принять активное участие в дискуссии. Невозмутимый старлей переводил взгляд с одного лица на другое.

— А тому мужику плохо стало…

— Да псих он, на девчонке халат порвал, она аж плакала, бедная…

— Пол в туалете, говорит, скользкий…

— За завтраком отравился, каша какая-то подозрительная была…

— И потом — бах! — грохот такой, будто что-то упало!

— Туда все убежали, дверь закрыли. Помер, наверное.

Я не спешил никого перекрикивать. Бесполезное занятие. Меня гораздо больше волновало, что там с Прохором. И жив ли он еще? Легко ли убить лежачего больного с капельницей в вене, когда у тебя есть шприц? Можно вколоть что-то прямо в прозрачную трубку. Наверняка есть лекарства, которые толком даже следов не оставят. Еще, говорят, что если вогнать человеку в вену пузырек воздуха, то случится ужасная воздушная эмболия, и он откинет кони. Но тут все не так однозначно… Помнится, мой знакомый врач на какой-то дружеской посиделке что-то про это рассказывал. Деталей я уже не помню, но суть сводилась к тому, что опасность воздушного пузырька сильно преувеличена.

Меланхоличный старлей оперся локтем о загородку медицинского поста и переводил взгляд с одного пациента на другого. Ждал, когда те выдохнутся, наверное.

— Вы видели, как он напал на девушку? — спросил он пузатого мужика с забинтованным плечом.

— Да вот же они прямо тут стояли! — тот резко ткнул пальцем в пол под ногами. — Халат у нее разорванный еще был.

— А милицию он зачем вызвал по-вашему? — проговорил старлей и вжикнул молнией на кожаной папке, которую держал в руках. — Боялся, что в одиночку с девушкой не справится?

— Дак я же говорю! — с чуть ослабевшим напором сказал мужик и покрутил головой в поисках поддержки. Потом в ткнул пальцем в меня. — Он ее держал, она вырывалась…

— Заявление писать вы будете? — не меняя тона спросил старлей, извлекая из папки листок бумаги. — Фамилияваша как?

— А что я-то сразу? — сдал назад пузан. — Я что видел, уже рассказал… А девушка-то где?

— В туалет ушла, что-то долго их нет уже… — растерянно сказала женщина в пестром фланелевом халате.

Тут дверь туалета распахнулась, в коридоре появилась Аня. Она явно привела себя в порядок, смыла из-под глаз потеки туши, растрепавшиеся за время борьбы волосы собрала в строгий пучок на затылке. Метнула в меня короткий злой взгляд и улыбнулась.