Книга Красный вервольф 4, страница 18 – Саша Фишер, Рафаэль Дамиров

— Карнаус? — усмехнулся я.

— Такой вроде веселый, шутил постоянно, — продолжил Яшка, не обратив на мое уточнение внимания. — А глаза как будто волчьи, до костей пробирает, клянусь. Как-как ты его назвал?

— Карнаус, — повторил я. — Фамилия такая у него.

— Ох… — Яшка округлил глаза. — А ведь он мне и не представился даже… Получается, что я какому-то безымянному типу все выложил? Вот я балбес, а… Дядя Саша, ты уж прости меня, дурака…

— Так у своих же ты, чего тут было скрывать-то? — я пожал плечами.

— Он про вервольфа все расспрашивал, а я ему взял да и выложил, что это я среди фрицев растрезвонил историю про человека с головой волка и его мертвую невесту, — затараторил Яшка. — Все-таки, язык мой без костей, метет иной раз как помело, хрен остановишь…

— Забей, Яшка, — я хлопнул приятеля по плечу. — Виделся я с твоим жутким типом сегодня.

— О как! — он подался вперед, глаза заблестели любопытством. — И что? Что?

— А что там сделали с носом любопытной Варвары? — я ухватил Яшку за нос. — Не обижайся, дружище. Служба.

— Понял, умолкаю! — Яшка захлопнул рот ладошкой. Но продержался недолго, секунды три. — А я ведь еще вот что хотел сказать, дядя Саша…

— Приняли-то тебя как? — перебил я его. — Не обижают?

— Да нормально все… — немного растерянно ответил Яшка. — Хорошие ребята…

— Хайдаров прицепился? —понимающе покивал я.

Яшка вздохнул и повесил голову. Похоже, не только в Марье-прекрасной дело, что Яшка мой одноногим прикидывается. Меня хорьку-Хайдарову теперь не достать, руки коротки, а вот на Яшке-то он может сполна отыграться. Припомнить ему, что баранку для фрицев крутил, да белую повязку полицая носил, пока в психушке «отдыхал».

— Боюсь я его, дядя Саша, — прошептал Яшка. — Он меня сразу невзлюбил, как только увидел, хорошо, ребята заступились. И Марья еще… Ох и девка! Как она его отбрила, когда он в госпиталь сунулся, чтобы мне допрос устроить! «Вы, говорит, товарищ Хайдаров, свои разговоры мне здесь не ведите! Раненым покой нужен, ясно вам?»

— Подумаем, что можно сделать, Яшка, — я рассеянно потрепал его по плечу.

— Он меня сразу же коллаборационистом обозвал и перебежчиком, — шепотом продолжил Яшка. — И военно-полевым судом пригрозил, мол все по закону будет, чтобы я не думал, что мне вот так с рук все сойдет.

— Разберемся, — я скрипнул зубами. Вот бл*ха… А ведь Хайдаров может ведь и не отцепиться от Яшки так просто. Действительно придется что-то придумывать, чтобы его из-под прицела Хайдарова вытащить. После унижения Карнауса он еще злее станет, наверняка. Меня достать не может, будет на Яшке отыгрываться.

— А, так я что еще сказать-то хотел! — Яшка встрепенулся и снова оживился. — Слободский Беккера в плен взял! Я сначала глазам своим не поверил, когда мы нос к носу столкнулись в лагере.

— Беккера? — нахмурился я, припоминая, кто такой Беккер. — Толстенький такой, из отдела пропаганды?

— Да нет, другой! — Яшка махнул рукой. — Тот толстенький — Вебер. И он не эсэсовец. А Беккер — тощий такой, с шрамом на глазу. Штурмшарфюрер.

— А! — припомнил я одного из своих собутыльников. — Из Аненербе. Фотографию своего кота еще всем показывает.

— Да-да, он, — покивал Яшка и сделал «значительное лицо». Будто я уже должен сделать какие-то выводы.

— Ну и что? — я пожал плечами. — Мы на войне, тут бывает пленных берут.