Книга Правда понимания не требует, страница 45 – Саша Фишер

— Шпатц? Почему ты так странно одет? — Флинк соскочил с бортика фонтана. — Я пытался поймать тебя раньше, но...

— Флинк, прости, я не в настроении с тобой разговаривать, — проклятье, а ведь было такое хорошее настроение! — Если тебя надо разобраться еще с какой-то богатой дамочкой, делай это сам!

— Что случилось? Дагмар мне не отвечает...

Шпатц остановился и посмотрел Флинку в лицо. Открыл рот, чтобы рассказать о своем неудачном свидании, но не стал.

— Дай мне пройти, Флинк. Давай поговорим потом. Не сегодня.

— Проклятье, Шпатц! Мы же друзья, ты не можешь вот так просто уйти, ничего мне не рассказав!

— Ее муж сначала в меня стрелял, а потом предлагал стать ее постоянным любовником. Надеюсь, этого достаточно, и ты не будешь требовать от меня подробностей? — Шпатц сжал губы. Почему он вообще это говорит? Он же хотел просто пройти мимо и захлопнуть дверь перед носом Флинка? — Теперь извини, у меня другие планы на вечер.

— О... Шпатц, я даже не думал...

— Я понимаю. Увидимся когда-нибудь потом.

Дверь захлопнулась перед носом у Флинка. Шпатц поднялся по лестнице в свою каморку, проверив мимоходом, что душ свободен. С наслаждением сорвал с себя рабочие куртку и штаны, накинул халат и достал с антресоли полотенце. В душе Шпатц оттирал себя с таким остервенением, будто пытался содрать с себя кожу. Хотелось смыть всю последнюю неделю, вместе с работягами-заговорщиками, Дагмар штамм Эйхендорф и ее деловитым мужем-рогоносцем, Мюффлинами, Руди Рикертом. Шпатц чувствовал себя не то, чтобы марионеткой, ручками и ножками которой управляет невидимый кукловод, не то щепкой в потоке мусора. В детстве у них была игра по весне. Когда улицы оттаивали, и слежавшийся за зиму снег превращался в бурлящие ручьи, то вода несла множество самых разных предметов. Нужно было выбрать себе «мусорину», а потом бежать вдоль ручья и следить, чтобы именнотвой кусок хлама дошел до финиша первым. Не застрял в спутанной траве, не провалился в яму, не попал под метлу ленивого дворника... Вот так и Шпатц сейчас — вокруг происходили бессвязные события, из которых нужно было выкручиваться, на которые нужно было реагировать, чтобы... Чтобы что? Целью «мусорных гонок» обычно была большая лужа на площади. А у Шпатца сейчас какая была цель? Предотвратить диверсию на люфтшиффбау?

Шпатц вздохнул. На люфтшиффбау что-то происходит. А что, собственно? Там есть компания недовольных, которые обещают неприятности начальству. Но ведь разве не на любой фабрике есть такие же недовольные, которым кажется, что им чего-то недодали?

Они хладнокровно убили человека. Специально заманили и застрелили. И никаких новостей о смерти этого парня сегодня не обсуждали. Образ мусорного ручья снова возник перед мысленным взглядом Шпатца. Он махнул рукой и принялся растираться грубым льняным полотенцем.

— Шпатц! — Флинк схватил его за рукав сразу, как только он открыл дверь. — Давай поговорим, пожалуйста!

— Флинк, у меня очень непростая неделя, и ты принял в этом участие. Я... — Тут Шпатц вспомнил, что хотел обсудить со Флинком один вопрос. — Кстати, это ты рисовал картинки для газеты «Блитц»?

— Что? Откуда ты... Они обещали, что мое имя не будет упомянуто.

— А там нет имени. Просто стиль показался мне знакомым.

— Ох... Надеюсь, ты ни с кем не поделился своим открытием, — Флинк шел рядом, едва успевая за широкими шагами Шпатца. — А куда мы идем?