Онлайн книга «НИИ особого назначения 2»
|
Шаг, еще шаг. Под ногой что-то хрустнуло. Я опустил глаза, думал ветка. Нет… Скелет какого-то здоровенного насекомого с мой ботинок размером. Здоровенный какой таракан, хорошо, что давно дохлый… Стены внезапно расступились, выпуская нас в редкий лесочек с причудливо разбросанными по нему валунами и травянистыми кочками. — Мы внутри, — сказал Федя. И будто в нем тоже что-то поменялось. В голосе зазвучала самоуверенность, он приосанился и даже реально стал казаться выше ростом. — Совсем теперь чуть-чуть осталось, как по парку прогуляться. И он припустил вперед по едва заметной тропинке, петляющей среди валунов и деревьев. Слишком быстро он как-то ломанулся. Мы же в «тридцать второй», тут надо аккуратнее ходить… — Стой, дурак, ложись! — крикнул я, но опоздал на какую-то секунду… Глава 26 Воля — это способность скромно, рутинно, постоянно сосредотачиваться на результате и идти к этому результату, как бы больно и сложно тебе не было. Глаза у Феди были дикие, рот перекошен. На щеке вздувалась длинная царапина. Вот идиот… А еще щеки надувал, что проведет, как по автостраде! Теперь обратно его на своем горбу тащить, а то из меня его бабушка фарш накрутит. И пирожки испечет. По семейному рецепту… Хорошо хоть он субтильный, весит не больше шестидесяти кило. В воздухе снова раздался тоненький противный писк. Хищная паутина набирала силу, сейчас опять начнет поливать. Я схватил своего непутевого напарника за затылок и ткнул мордой в жидкую грязь. И сам ткнулся туда же. Острые льдинки немедленно впились в кожу, но лучше так, чем парализованным тут валяться. — Далеко еще? — спросил я, когда паутина выдохлась, и поток шипов прекратился. — Метров пятьсот, — проговорил Федя и взвыл, выгнувшись дугой. Ага, началось уже. Отрава у этой дряни просто атас, я разок с дури тоже попадал. Боль скручивает такая, что кажется, что тебя на куски режут. Тупым ножом. — Сейчас от… отпустит… — простонал он. — И потом минут пять будет нормально. — Без сопливых скользко, — пробурчал я, высунувшись из-за бугра. Вот она, тварь, поблескивает, переливается. Аэрозоля и зажигалки бы хватило, чтобы справиться, но ни того, ни другого у меня нет. — Время не засекал? — Две минуты, — распластавшись медузой, ответил Федя. Отпустил первый приступ. — И семь секунд. Я мысленно прикинул. Раз паутина две минуты стреляет, значит у меня есть примерно три с половиной, чтобы мимо нее проскочить. Успею? — Эй, ты куда? — заныл Федя, ухватив меня за штаны. — А я? — На обратном пути тебя заберу, — сказал я. — И вытащу. Голову не поднимай, главное. Сюда за камень переползи, тогда вряд ли вообще попадет. Я рванул вперед на первой космической, уже не слушая, что там мне вслед кричит Федя. Поднырнул под серебристым сплетением шевелящихся ниток. Ох ты ж, больно-то как! Одна все-таки меня зацепила! Ощущение так себе, как будто током ударило. Но это ерунда, стрекательные волоски паутины не так опасны, как шипы, которыми плюются уже наливающиеся снова болезненно красным узлы. Я снова вскочил и помчалсядальше, считая про себя секунды. Кувыркнулся и залег за попавшийся корявый ствол высохшего дерева. Замер, прислушался. Сердце ухнуло куда-то в живот. Совсем рядом с моей рукой из коры торчала россыпь мелких шляпок синих грибочков. В другое время и в другом месте я бы умилился от такого зрелища и сочетания цветов. Но сейчас я с содроганием перевернул ладонь. |