Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 7, страница 41 – Саша Фишер

— Будешь убеждать ребят на переезд? — спросила Ева.

— Нет, — я покачал головой. — Во всяком случае, не прямо сейчас.

— Бендер сказал, что так можно время упустить, — усмехнулась Ева.

— Бендер… — повторил я. — Знаешь, у нас как-то эта ночь сложилась… гм… мистически. Сплошные совпадения, видения и знаки. Если бы меня, например, Сэнсей начал убеждать переехать из Новокиневска в Москву или Питер, я бы задумался всерьез. Но заявление Бендера звучало скорее как предостережение. Типа: «Даже не думай, Велиал, у тебя пока Новокиневск не топтан! Приедешь, будешь как вот этот хмырь!»

Ева засмеялась и обняла меня за шею.

— Может уже домой? — спросила она.

— Это часа полтора пешком, — хмыкул я.

— Так уже метро ходит, — пожала плечами Ева. — Утро же.

— Утро? — я посмотрел в темное окно, потом на свои наручные часы. — А, ну да. Половина восьмого. Да, наверное, пора.

Телепорт глубокой питерской подземки переместил нас с Васильевского острова к Московскому вокзалу, на котором мы вышли на перрон несколько дней назад. Блин, так недавно. И кажется уже, что так давно.

Люди, лица, улицы, разговоры, события. Все это смешалось в цветной водоворот, препуталось осколками воспоминаний. Так много всего случилось. И, как будто, ничего такого. По факту, «ангелочки» выступили на двух сценах. И я вроде договорился с Марианной. А все остальное время…

«Интересное дело, — думал я, когда мы шли от метро до нашей квартиры. — Вот эта бесполезная событийная круговерть, похоже, способна засасывать почище наркоты». И вот сегодня я как раз побывал в «притоне», где банчаткак раз вот таким образом жизни.

Постоянный бесполезный движняк. И, что-то мне подсказывает, с какого-то момента приятным он тоже быть перестает. Вот, к примеру, этот самый Бендер, который тут уже почти десять лет. И даже если выкинуть из уравнения вопрос «и чего он добился?», то картина все равно получается жалкой. Он приехал в Питер, чтобы двигать вперед свою музыку и становиться звездой. Но ни одного концерта не записал, играет на гитаре на тусовках и подсаживается на новые уши, чтобы рассказать о том, как его лепший кореш Борька Гребенщиков у него десятку стрелял до получки.

Ну, такое.

Реально, отрезвляющий плохой пример. Мало оторвать жопу и приехать из провинции в Питер, вот что.

— Похоже, наши не спят, — сказал Макс и ткнул пальцем наверх, на окна нашей квартиры. — Везде свет горит.

— Астарот притащил гостей? — устало усмехнулась Ева.

— Я бы лучше поспал, — вздохнул Бельфегор. — Еще же после обеда вторая часть фестиваля, награждение какое-то. Слушай, Вов, а что за награждение?

— Понятия не имею, — я пожал плечами. — Хотя имею, что это я? Мне же объясняли. Там что-то шуточно-пародийное. Ответка пафосным государственным. Только не знаю, как это все будет устроено.

— Ну вот и посмотрим, — сказал Макс.

— Если поспим, — буркнул Бельфегор. — Если я сейчас спать не лягу, то точно усну прямо на этой премии. Даже если мне динамик в ухо сунуть.

Мы поднялись на свой этаж. На лестнице я в очередной раз порадовался своему молодому, а теперь еще и тренировочному телу. Бессонные ночи, пешие марш-броски, беготня эта фестивальная — а чувствую я себя вполне бодро. Ну, то есть, устал, конечно, но сил все еще достаточно на еще какой-нибудь движ. Например на разгон тусовки, если вдруг она на нашей квартире все-таки собралась.