Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 9, страница 96 – Саша Фишер

— Это пока только черновик! — предупредила Алена, которая на этот раз была даже без жвачки. — Нужно еще будет озвучку сделать и там в паре мест…

— Да-да, я знаю, включай!

Алена нажала на кнопку, и экран телевизора засветился.

Полутемный кинозал «Буревестника», на освещенном пятачке странно двигаются люди. Камера надвигается, выхватывает крупным планом то одно лицо, то другое.

Потом раздается голос препода.

— Уметь разрыдаться в три ручья — это отличный навык! Только вот делать это нужно не во время упражнения!

Раздалась музыка, камера снова начала выхватывать лица.

Потом на экране появилась Наташа.

— Вы думаете, что они делают нечто странное? — сказала она, приблизив лицо к камере настолько, что оно исказилось. — На самом деле, нет. Это один обычный урок на курсе по актерскому мастерству. Все говорят,что путь к известности проходит через боль и слезы. Но только мы их вам честно покажем.

В общей сложности черновик будущего реалити-шоу длился около часа. Было… неплохо. Странновато, местами похоже на советские глючные постановки, которые я когда-то видел. Когда странные люди делают странное в странно освещенных помещениях. Артхаус такой. Но в целом у всего этого прослеживался стиль. И даже определенная идея. Вопрос, который задавали студентам, при монтаже вырезали, но он явно каким-то образом касался боли и слез. И они высказывались. Кто-то рассказывал, как когда-то плакал, чтобы выпросить у родителей игрушку. Кто-то уверял, что наоборот ни за что не заплачет. Потому что он же мужик!

Был крупный план плачущей девушки. Она сидела прямо на полу, и по ее гладким щекам текли слезы. А вокруг ходили все остальные, замирая по хлопку.

Потом была еще одна сценка, когда Наташа прямо пальцами рисовала на лице другой девушки полосы черного цвета.

На самом деле, это было не очень похоже на реалити-шоу, которые я видел. Но именно такой цели и не было, в принципе.

— А не слишком это все странно получилось? — спросила Света, когда экран погас.

— Ты на занятиях не была ни разу что ли? — всплеснула руками Наташа. — Там иногда все еще страннее бывает.

— Так то занятия, а то программа, — возразила Света. — Не очень ясно, какое отношение это все имеет к той же рекламе.

— Да, я тоже об этом думаю… — кивнула Ирина.

— Тебе не нравится? — воинственно вздернула подбородок Алена.

— Нравится, — уверенно кивнула Ирина. — Просто…

— Я же сказала, что это черновик! — Алена нахмурилась. — Стас, я тебе говорила, что не нужно им показывать!

— Еще как нужно! — сказал Стас.

— Очень нужно! — сказала Ирина. — Если бы не показали, я бы сейчас не придумала, каким должно быть все остальное!

На лице Ирины появилось прямо-таки космическое вдохновение. Я такой ее никогда не видел.

— Надо сделать не одну программу про школу, а все! — сказала Ирина. — Пусть у нас будут новости, которые попеременно будут вести студенты, как задания в их школе. Пусть они же ведут опросы на улицах. Пусть делают репортажи с событий и постановки. Это будет и частью их школы, и нашей программой, понимаете?

— Да… — Наташа медленно кивнула. — Ты уже придумала, как будет называться телеканал?

— Генератор? — задумчиво повторила Света.

— Показывает телекомпания «Генератор»… — заткнув нос пальцами, проговорила Наташа. Подражая гнусавому переводчику. — Тогда нам обязательно нужно снимать кино! Мы же будем снимать кино? Ну… Не сейчас, потом! Когда подрастем, и все такое. Это же просто идеальное название, чтобы снимать фильмы!