Онлайн книга «90-е: Шоу должно продолжаться 10»
|
Эстеты, фигли. — Только для понимающих, — со значением сказала Джуна, съехав задницей ко мне на колени. Я не препятствовал, но и не поощрял. Джуна явно считала себя роковой соблазнительницей, и назначила меня на сегодняшний вечер своей целью. Может, я ей для коллекции был нужен, а может просто понравился. — Свобода — это самый большой обман философов, — с усмешкой заявил я. — Инструмент демагогов и жуликов. — Какой ты еще молодоооой, — протянула Джуна, проводя пальцем по моей скуле. — Мы все покалеченные дети Советского Союза, где свободу исказили, заковали в цепи и поставили на службу пропаганде. И забыли, что настоящая свобода — она всегда внутри, в каждом сердце, в каждом… Она приблизила лицо, коснувшись губами моей щеки. Планируя, что к концу ее пламенной тирады мы с ней сольемся в страстном поцелуе. — Какое мудрое рассуждение! — сказал я, тоже добавив в свой голос пафоса и уклонившись от ее губ. — Я должен это записать и обдумать на досуге. Ты позволишь? Я поднял ее со своих колен и переместил обратно на подлокотник. Поднялся, не обращая внимания на ее растерянное выражение лица. И двинул в прихожую. Типа, блокнот взять. Точнее, на самом деле взять блокнот. Ирония иронией, но сегодня волею цепи случайных совпадений я оказался в другой эхо-комнате. Похожей по вкусам на тусовку вокруг рок-клуба, но пересечений здесь не было вообще никаких. Откуда эта Джуна узнала о моем существовании, я пока что так и не выяснил. Но это было, в общем-то, неважно. Раз я здесь, значит нужно заводить новые знакомства и расширять свою «эхо-комнату». Тусовочный «флэт» оказался, кстати, весьма даже колоритным и примечательным. В отличие от коммуналки Боржича, находился он в весьма даже приличном доме. Точнее не так. Это в моем прошлом-будущем он станет весьма приличным, когда его выкупит кто-то из олигархов, устроит в этом монументальном доме сталинской постройки крутой ремонт и распродаст ее другим таким же олигархам. Сейчас, в девяностые, он пребывал в довольно грустном состоянии и требовал капитального ремонта. Роскошные квартиры когда-то раздавали интеллектуальной элите, которая со временем измельчала и обеднела. Так что в подъездах… Хотя нет-нет, в этом доме подъезды были такими, что хотелосьих назвать по-питерски «парадными». Даже с каким-то подобием грубоватой лепнины и коваными перилами у широких лестниц. И на самом верхнем этаже, седьмом по счету, и находилась конспиративная квартира для этого особо избранного общества. Хозяина звали Андрей «Вишня» Азаров. Он вел двойную жизнь — был школьным учителем музыки в рабочее время, но в реальности, конечно же, был гением. И работал над книгой, которая, когда будет дописана, потрясет мироздание до самого основания. Это мне сообщили троица его «миньонов» с должным почтением и придыханием, когда я подошел познакомиться. Сам же Вишня на меня произвел приятное впечатление. Ему было, наверное, лет тридцать. Он носил изящную бородку и каре до плеч, лицо интеллигентное и где-то даже просветленное. — Я могу работать над книгой только по ночам, — говорил он, растягивая гласные. Эта манера была похожа на лениво-неспешный говор Сэнсея. И даже голос немного похож. — Потому что только ночью можно уловить истинные вибрации человеческих чувств. Когда люди спят, они не могут врать, днем же эта реальность заставляет нас носить маски… |