Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 12, страница 69 – Саша Фишер

В его редакции было пусто. Когда он пригласил меня внутрь, я вдруг понял, что практически не заходил во вверенное ему помещение чуть ли не с того момента, как мы поделили комнаты в «Буревестнике». Теперь это, ясен пень, уже была вовсе не заброшенный и скучный зал с парой полок и десятком обшарпанных стульев. Теперь тут царил настоящий творческий хаос. В котором, на самом деле, угадывался определенный порядок. На стенах были закреплены самодельные такие стенды из фанеры, затянутой темно-синей «школьной» тканью. К которой булавками крепились исписанные от руки листки, рисунки, фотографии и тексты, отпечатанные на машинке. Один из стендов, самый большой, напоминал что-то вроде стенгазеты. По верху красовались цветные буквы, вырезанные из бумаги и раскрашенные красками и фломастерами. Каждая буква — в отдельном стиле. «А» — как хижина, «Ф» — как что-то типа пальмы. «Р» — как львиная голова… Судя по всему, по центру — это что-то типа редакционной «локалки», с объявлениями, выговорами-благодарностями и актуальными шутками. А остальные стенды — рабочее пространство журналистов. Для черновиков, концептов и идей.

Еще на стенах под самым потолком, над всеми этими рабочими стендами, висели какие-то неожиданные совершенно предметы. Школьный портфель с намотанной веревкой вместо ручки. Скелет велосипеда без колес. Дорожный знак «Остановка запрещена». Школьный пиджак.

И рабочие столы в хаотичном порядке под самыми странными углами.

Интересный, однако, у Жана подход к работе… Я даже открыл, было, рот, чтобы задать пару вопросов о всех этих штуках, но вовремя вспомнил, что вообще-то, Жан меня вытащил сюда совсем по другому вопросу.

— Ну давай уже, рассказывай, — подбодрил его я и устроился за ближайшим столом. На котором валялись во множестве газеты на дешевой бумаге и очень хреново отпечатанные. Но ошибиться, что на них, было невозможно — множество голых девиц в очень вольных позах.

— Четыре в Новокиневске издаются, — объяснил Жан. — А остальные привезлииз других городов. «Секс-миссия» — это из Москвы вообще.

— Свобода слова и печати, — я пожал плечами, равнодушно полистав газетенки. — Но ты отвлекаешься.

— Ну вдруг ты подумаешь, что мы тут это… для своего удовольствия коллекционируем, — криво усмехнулся Жан.

— А даже если и так, — фыркнул я. — У нас один из основных инвесторов нашего будущего клуба вообще порно снимает. Так что поздно прикидываться святыми. Так, Жан. Это ты меня на разговор вытащил, хотя там на сцене сейчас клип моей сестры придумывается. Ты сказал, что боишься. Чего?

— В общем, это про наш клуб на заводе, — сказал Жан. — Я понимаю мозгом, что мне нужно сейчас хвататься за это и топить за то, чтобы мы назвали его «Африка». Хорошее название, это про жару и экзотику. Очень легко оформить эти скучные стены. Слово короткое, опять же. Ну, в общем, правда же, очень логично, если клуб будет как бы открыт… гм… журналом. Ну, как ты сказал.

Я кивнул.Такая идея высказывалась, это правда. И мне она даже нравилась больше, чем «Три обезьяны».

— Ну и вот, — Жан прошелся взад-вперед вдоль поставленных в линию трех столов. — Короче, я понимаю, что это для меня обалденный шанс. Лучше просто и быть не может. И… боюсь. Представляю себе, как это будет. Даже мечтал о том, как даю интервью на телевидении. Но…