Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 14, страница 106 – Саша Фишер

Ну, не всерьез думаешь, конечно. Стебешься больше. Понятно же, что делаешь.

Возможно, Владимир Львович, которым я был в своем прошлом-будущем,не оценил бы драйва подобного мероприятия. Тем более, что здесь мы нарушили буквально все правила техники безопасности, которые можно. Драки вспыхивали за ночь еще раза четыре, в паре случаев участникам даже потребовалась профессиональная помощь медиков. Факелы жгли… Впрочем, неудивительно, это же мы с Наташей в самом начале пример подали. Ясен пень, подпалили паре парней хаер. Стопудово кто-то переломал ноги. И руки. Все-таки толпа — дело такое. А тут еще и под ногами корни, шишки, вот это все…

— Мне нужна передышка, — из толпы вынырнула Наташа и повисла у меня на плече.

— Батарейки сели? — устало усмехнулся я.

— Да, точняк, батарейки, — Наташа тряхнула растрепанными волосами и посмотрела на меня. Ее диковатый макияж расплылся, в темноте лицо было похоже на череп с черными провалами глазниц. — Будешь?

Она протянула мне картонный стакан.

— Не, — покачал головой я.

— Это яблочный сок, — сказала Наташа. — Знаешь, у меня сейчас будто бы разделение личности. Одна часть меня в восторге прыгает, как дедсадовская Наташка с ховстиками. И орет: «Ура, мы это сделали! Смотри, сколько народу, как всем весело!» А другая сидит в углу и шипит: «Больше никогда! Устроюсь работать в библиотеку вообще! Полы буду мыть!»

— Ха, жиза… — усмехнулся я. — Но осталось совсем чуть-чуть.

— Я бы спать ушла, но нельзя, — Наташа запустила пальцы в растрепанные волосы. — У нас ведь еще один выход. Последний.

— Да, моя королева, — я отвесил церемониальный поклон. Он вышел утомленным таким.

— Так что еще полчаса на ногах… — она повисла на моем плече и шумно вздохнула.

— Уже меньше, — я вытянул шею и посмотрел, кто там на сцене. — Минут пятнадцать всего. — У меня есть идея. Давай добудем себе кофе.

— Так кухня же закрыта уже, — сказала Наташа.

— Ну и что? Мы же не маленькие, сами с газовой плитой справимся… — пожал плечами я.

— А еще я ужасно боюсь тамошнюю хозяйку, — прошептала Наташа. — Она как будто злая ведьма. Хозяйка мрачного замка. Она когда смотрит, у меня коленки подкашиваются…

— Пойдем-пойдем, — я подхватил Наташу за талию и потащил в сторону столовой. — Я буду твоим доблестным рыцарем и от гнева злой ведьмы защитю… Защищу… В общем, мы тихонечко проберемся, сварим себе в кастрюльке кофе, никто даже и не заметит.

За столами под парашютамибыло полно народу. Тут пили, наливали, шумно рассказывали всякие истории без начала и конца, произносили тосты и смеялись. Судя по отблескам пламени в окнах брезентового госпиталя, внутри тоже кто-то был. Темной твердыней возвышалась только кухонная палатка. Там точно никого не было.

— Чего надо? — раздался сварливый мужской голос. — Вон пошли отсюда, придурки. Тут вашего ничего нет.

— Это я, Иван Михалыч, — тихо сказал я. — И Наташа.

— Володя? — отозвался суровый охранник. И в лицо мне ударил луч фонарика. Хорошо, не тактического из двадцать первого века, а обычного такого, с квадратной батарейкой и лампочкой. — Чего тебе?

— Устали, трындец, — честно сказал я. — Хотели кофе себе сварить.

Иван Михайлович погасил фонарь, высунул голову наружу и бдительно огляделся. Прямо как герой партизанского кино. Махнул нам рукой.

— Давайте, заходите по-тихому, — сказал он.