Книга Привратник мифа, страница 66 – Александр Лонс

Тем не менее мне действительно понадобился дельный совет, причём совет незаинтересованного наблюдателя или слушателя, без разницы. Хорошая и дружеская рекомендация, лучше профессиональная. Такой человек был, знал я его много лет, но обращаться к нему очень не хотелось. Дело не в какой-нибудь там личной неприязни или застаревшем неоплаченном долге: ни того ни другого не существовало. Беда была в том, что человек этот меня откровенно пугал. Последнее время всё чаще. Он казался просто дьявольски умным, чертовски проницательным и, на мой взгляд, знал почти всё. Причём если чего-то и не знал, умел быстро находить оптимальный путь к нужным знаниям. Звали его Алексеем. Это был фиксер[14]с богатейшим опытом и отменной интуицией, ворочал легальными и нелегальными делами. Но за его услуги приходилось хорошо платить, и не всегда деньгами. Я старался использовать Алексея как посредника между собой и разными силами, тёмными и не очень. База его контактов была, по-моему, самой большой в стране, если не в мире. Когда-то давно, ещё в студенческие годы, он получил травму спинного мозга и с тех пор передвигался в инвалидном кресле. Несколько таких продвинутых кресел на все случаи жизни плюс специально оборудованный автомобиль позволяли ему почти свободно путешествовать и разъезжать куда потребуется. Почти – так как помощь иногда всё-таки требовалась, и обычно у него работала помощница по хозяйству. На одной такой он женился, правда, через год развёлся, но это совсем другая история. Сравнительно недавно Алексей научился обходиться без инвалидного кресла: от одной известной американской фирмы, делавшей роботов, он получил супернавороченный и под завязку набитый электроникой экзоскелет, после освоения которого свободно прогуливался по своей огромной квартире, тихо шелестя сервомоторами и механическими суставами. Но мой друг всё-таки втайне надеялся, что однажды учёные что-то там откроют, а ему когда-нибудь восстановят полную и естественную подвижность.

Свою специфическую известность (и материальное благополучие!) он заработал вовсе не как врач-психолог частной практики, которым официально числился, а тем, что консультировал самые разные структуры, от законодательных и государственных до мафиозных. Подобно британскому математику Чарльзу Лютвиджу Доджсону, который посвятил бо_́льшую часть жизни математической логике, но прославился в качестве знаменитого писателя Льюиса Кэрролла, мой друг был более известен как консультант по особо важным вопросам, а не врач-психолог. (Именно такая специальность значилась у него в дипломе.) Ни писателем, ни математиком он тоже не являлся. Работал в сфере стратегического консалтинга и исследований, консультируя федеральные и региональные организации, государственные компании – международные и российские – по самому широкому кругу вопросов. Добывал и продавал информацию всем, кто может хорошо заплатить, но при этом каким-то непостижимым образом оставался защищённым столь надёжно, что не боялся ничего. Алексей был, что называется, хорошо обеспечен и всегда хотел сохранить тот уровень благосостояния, который приобрёл. Не приумножить, а именно сохранить. Я же никогда не имел лишних денег, тем не менее нас можно было бы считать друзьями, если бы всякий раз, когда я обращался к этому человеку, у меня не возникал острый приступ умственной неполноценности.