Онлайн книга «Куколка»
|
Тут и такси приехало. Быстро. Мне с этим теперь чего-то везет в последнее время. Неужели будущее уже наступило и мы живем в новой реальности? — И на кой черт ты мне рассказываешь эту поучительную историю? — не выдержал я, садясь на заднее сидение. Слушать про толстого похотливого китайца совершенно не хотелось. — Где факты об убийстве твоего учителя? — Ты погоди, сейчас все будет… — нетерпеливо возразила Маша устраиваясь рядом. — После той моей вспышки он обиделся, и стал как-то охладевать… Короче, слушай дальше. Еще первые разы с ним у меня не задались как-то, а он быстро кончал. В разное время, в разных позах, но ни разу я не получила удовольствия. Никакого. Короче... Чувствую возбуждение и желание, мы занимались и оральными ласками, и еще всякими… К слову, у него был совсем небольшой. Потом, почитав женские форумы, выяснила, что очень многие девушки не испытывали наслаждения при таких обстоятельствах. Через пару месяцев у меня появился новый партнер. Африканец. Красивый как бог и глупый как пень. Такое случается, даже у африканцев. Зато как танцевал! Мы много чего с ним перепробовали, и у него совсем немаленький был, но опять почему-то никакого удовольствия я не ощутила. Ну совсем. Что было делать? Пока, никаких фактов про убийство учителя Маши пока озвучено не было. Таксист же слушал нас с явным интересом, однако ничего не говорил, только временами усиленно головой тряс. Даже музыку приглушил. — Ты меня спрашиваешь что делать? — удивился я. — Раньше таких проблем у тебя не возникало. Или были? — Не было. И с тобой не было. Может, я расистка? — Может, — нехорошо улыбнулся я. — Хочешь убедиться? А чем этот твой негр занимался помимо секса? — Он не говорил, я и не спрашивала, как-то не до того было. Что по-твоему, я информацию через член, как через ю-эс-би порт скачиваю? Вдруг у Маши в голове что-то перемкнуло, она резко сменила тему и неожиданно спросила: — Ты помнишьтого нашего приятеля? — Какого именно? — переспросил я, думая, что Маша сегодня не в лучшей своей форме. Часто хамит, а это всегда у нее свидетельствует о взбаламученности нервного состояния. В мыслях путается. Что-то у нее случилось, произошло что-то, и это что-то нашло свое отражение на лице и в сумбурных темах наших разговоров. Неужели из-за смерти учителя живописи? Как-то раньше Мария особой сентиментальностью не страдала. — У нас с тобой было несколько приятелей. Некоторые до сих пор еще есть. — Скульптор Сильвестр. Помнишь? Он то пускал нас в свою мастерскую, то не пускал, но всегда пьяный был. — А, Сильвестр. Помню, конечно. Он же умер. — Он-то умер, но все его работы из мастерской унаследовала вдова и продала потом. Даже незаконченные. И рисунки, и скетчи продала, вообще все. Причем не кому-нибудь там, а большей частью моему знакомому галеристу из Гамбурга. Собственно, это я ему и посоветовала, когда узнала, что она собирается делать. Ну, тогда, помнишь? — Из Гамбурга? — Прекрати переспрашивать, знаешь же, как меня это бесит! — рассердилась Маша. — Франц Майер — один из самых известных галеристов на севере Германии. В Гамбурге чаще всего живет. Неужели ничего не слышал? — А кто я такой, чтобы о нем слышать? Очень распространенное имя. Например, историк такой был и еще российский лесовод, основатель степного лесоразведения, — рассеянно ответил я, думая о чем-то своем. — А еще шпион во вторую мировую, тоже Франц Майер, офицер немецкой разведки, загримированный под старого армянина с крашеной бородой. Вскоре этого Майера захватила советская контрразведка, немцам от идеи подкопа пришлось отказаться, и Тегеранская конференция прошла без особых… |