Книга Протокол «Вторжение», страница 33 – Виктор Корд

На экране полковник вдругзамер. Его рука, тянувшаяся к телефону спецсвязи, остановилась. Он моргнул. Его взгляд расфокусировался.

— …Подтверждение не требуется, — пробормотал он себе под нос, словно вспомнив что-то неважное. — Да. Проблемы не нужны. Пусть едут к черту.

Он снова посмотрел в камеру. Глаза были ясными, но в них читалось безразличие.

— Проезд разрешен, «Ковчег». Зеленый свет. Не смею задерживать. И… удачи там, за рекой. Она вам понадобится.

Семафор мигнул и сменился на зеленый. Шлагбаум поднялся. Бронепоезд Гвардии с лязгом отполз на запасной путь, освобождая магистраль.

— Блокировка 100 %, — скомандовал я, возвращая настройки диадемы.

Катя выдохнула и откинулась в кресле.

— Грубо, но эффективно. Он забудет о нас через час.

— Молодец.

Я сдвинул рычаг тяги.

«Левиафан» дрогнул и плавно набрал ход.

Мы прогрохотали по мосту. Внизу, в черной воде Волги, отражались огни наших габаритных огней.

Как только последние вагоны сошли с моста, я почувствовал это.

Изменение.

Воздух стал другим. Плотность маны за бортом скакнула вверх. Датчики зафиксировали повышение радиационного фона и странные электромагнитные аномалии.

Мы были на Той Стороне.

Час спустя.

Поезд шел на крейсерской скорости в 120 км/ч. За окнами тянулась бесконечная, черная тайга. Здесь не было огней городов. Только тьма, лес и звезды, которые казались ярче и злее, чем в Москве.

Я прошел в медотсек.

Инга не спала. Она сидела на койке, изучая данные на планшете левой рукой. Правая, кибернетическая, была подключена к диагностическому стенду.

— Как рука? — спросил я, садясь на стул рядом.

— Фантомные боли, — она поморщилась. — Мозг помнит, как пуля пробила легкое. Но показатели в норме. Модуль синтезировал отличные заплатки для сосудов. Макс… я проанализировала данные с того дрона. Азиатского.

— И?

— У них есть фора. Они используют суборбитальные прыжки. Они уже на Урале. Они разворачивают базу в секторе Златоуст-7. Это прямо над предполагаемой шахтой Лифта.

— Значит, нам придется их выбивать. Штурм укрепленного района?

— Хуже. Они не просто окапываются. Они бурят. Они ищут вход. Если они вскроют шлюзы Лифта раньше нас…

— …то они получат контроль над орбитальной обороной планеты, — закончил я. — Я понял.

Я встал и прошелся по тесному отсеку. Поездмерно покачивался.

— У нас есть преимущество, Инга. У нас есть Ключ. И у нас есть память моего отца и предков Волковых. Мы знаем коды, а они только подбирают пароли брутфорсом.

— Надеюсь, этого хватит.

В дверь постучали. Вошла Рысь. Девчонка переоделась в нормальную одежду — тактический комбинезон нашего производства, который висел на ней мешком, но был чистым. В руках она держала поднос с дымящимися кружками.

— Кофе, — буркнула она, ставя поднос на стол. — Настоящий. Из запасов того графа. Синтезатор делает помои, а это… пахнет жизнью.

— Спасибо, Рысь, — я взял кружку.

Девчонка замялась.

— Макс… а мы правда едем туда? В Аномалию?

— Правда. Боишься?

— Диггеры говорят, что на Урале живут Железные Духи. Машины, которые сошли с ума и охотятся на людей. И что время там идет кругами.

— Мы едем не охотиться на духов, — я сделал глоток. Кофе был божественным. — Мы едем, чтобы стать хозяевами этих машин.

Я вышел из медотсека и направился в голову состава.

Клин спал в кубрике, его храп сотрясал переборки. Катя дежурила в рубке.