Книга Диагноз: Смерть, страница 115 – Виктор Корд

— Он отключил воздух? — спросила Вера, увидев мое лицо.

— Да. У нас есть запас кислорода в баллонах, но это ненадолго. Мы в мышеловке. И сыр оказался отравленным.

Я посмотрел на Вольта.

— Ты сможешь взломать систему жизнеобеспечения? Запустить вручную?

Хакер покачал головой.

— Это аналоговый контур. Рубильник снаружи. Или где-то в фундаменте, куда нет доступа изнутри. Орлов предусмотрел такой вариант.

— Значит, мы выходим, — сказал Борис, поднимаясь. — С боем.

— Снаружи три тысячи «Кукол», которые только что потеряли ментальный поводок, — напомнил я. — Они снова станут безумными. Они разорвут нас на сувениры.

Я подошел к окну (бронированному, выходящему в лес).

Там, в темноте, стояла армия.

Они больше не смотрели на меня с обожанием. Они начали двигаться хаотично, толкаясь, рыча. Связь распалась. Голод вернулся.

— Думай, Витя, — сказала Вера. — Ты всегда что-то придумываешь.

Я посмотрел на свое отражение в стекле.

Седые виски (подарок от вспышки Света). Глаза, в которых плескалась тьма.

У меня нет маны.

Нет Кристалла.

Нет выхода.

Зато у меня есть «Архив Смерти». И есть телефон.

— Вольт, — сказал я медленно. — Ты можешь подключить этот телефон к городской сети вещания? К громкоговорителям МЧС?

— Могу. Но зачем? Ты хочешь попросить помощи?

— Нет. Я хочу сделать заявление.

Я улыбнулся.

— Если мы умрем, мы заберем с собой репутацию всей Империи. Орлов хочет войны? Он получит Апокалипсис.

— Соединяй.

Вольт вскрыл телефонную коробку, подключил свои зажимы.

— Готово. Прямой эфир. Весь город тебя услышит.

Я взял трубку.

Вдохнул спертый воздух бункера.

И начал говорить.

Понравилось? Подписывайтесь и добавляйте в библиотеку! Это ускоряет выход проды!

Телефонная трубка ударилась о рычаг аппарата с сухим пластиковым щелчком.

В наступившей тишине этот звук показался мне ударом молотка по крышке гроба. Нашего гроба.

Я стоял, опираясь руками о стол красного дерева, и жадно хватал ртом воздух. Он еще был пригоден для дыхания, но мой организм, измученный стимуляторами и магией, уже чувствовал изменения. Вкус стал металлическим, затхлым.

Углекислый газ. Тихий убийца.

Он не душит сразу. Сначала он делает тебя вялым. Потом — эйфоричным. А потом ты просто засыпаешь, чтобы никогда не проснуться.

— Ушло? — спросил я, не оборачиваясь.

— Каждый бит, — голос Вольта доносился из-под стола, где он ковырялся в разводке. — Я зациклил запись. Сейчас твой голос звучит из каждого утюга в этом проклятом городе. В метро, в торговых центрах, на экстренных частотах полиции. Даже в наушниках у подростков. Мы хакнули всё.

— Отлично.

Я развернулся к остальным.

Вера сидела на полу, прислонившись спиной к дивану. Она сняла бронежилет — лишний вес сейчас только увеличивал потребление кислорода.

Борис лежал на ковре, глядя в потолок. Его грудная клетка вздымалась тяжело, с хрипом. Для такой горы мышц кислородное голодание наступит быстрее всего.

— Красиво сказал, Док, — пробасил он. — Про «мясников в белых халатах» и «торговцев душами». Думаешь, поверят?

— Люди верят в то, чего боятся, — я подошел к бару, достал бутылку воды. Пить хотелось нестерпимо. — А я дал им повод бояться не меня, а тех, кто их «защищает».

Я сделал глоток.

— Что теперь? — спросила Вера.

— Теперь мы ждем.

— Чего? Смерти? — она кивнула на вентиляционную решетку, которая молчала. — Воздуха осталось на час. Максимум на полтора, если перестанем двигаться и болтать.