Книга Диагноз: Смерть, страница 131 – Виктор Корд

— Человек — нет, — я улыбнулся. — Но нам не нужно лезть туда самим. Нам нужно отправить посылку.

Я повернулся к Борису.

— У нас остались гранаты?

— Ящик, — гигант хлопнул по рюкзаку. — Ф-1, РГД, пара термитных.

— И «Черный клей»? — я похлопал себя по карману.

— Есть.

— Отлично. Мы сделаем коктейль.

Я взял капсулу пневмопочты (цилиндр из пластика).

— Вольт, ты сможешь перенаправить поток воздуха? Создать обратную тягу? Чтобы капсула полетела не вниз, в архив, а вверх? Прямо в кабинет Орлова?

— Легко. Система старая, хакнуть компрессоры — дело двух минут. Но что ты туда положишь? Гранату? Его защита перехватит взрывчатку. Там сканеры.

— Я положу туда то, что сканеры не считают как угрозу.

Я взял банку с «Черным клеем».

— Мы отправим ему химию. Смесь «Слез Скверны», моей крови и термитной смеси из гранаты Бориса.

— И что это даст?

— Когда эта штука долетит до его кабинета и откроется… Термит подожжет клей. Клей испарится. И превратится в аэрозоль.

Я посмотрел наверх, где за толщей бетона сидел мой враг.

— Этот аэрозоль разъедает органику и магические щиты. Он задохнется в собственном бункере. Или будет вынужден открыть окна.

А если он откроет окна (бронированные ставни)…

Я посмотрел на Веру и её «Винторез».

— … тогда мы с ним поговорим.

— Грузи! — скомандовал я.

Борис начал высыпать термитную смесь из гранат в капсулу. Я заливал это клеем.

Вольт ломал панель управления пневмопочтой.

— Готово! — крикнул хакер. — Давление в трубе — 10 атмосфер. Доставка до 100-го этажа — 15 секунд.

Я вложил капсулу в приемник.

— С любовью, от благодарных пациентов.

Нажал «Пуск».

В-В-У-У-Х!

Капсула с шипением ушла вверх по прозрачной трубе, превратившись в размытое пятно.

Мы задрали головы.

Секунда. Пять. Десять.

Где-то далеко наверху, в поднебесье, раздался глухой хлопок.

А потом по трубе вниз потекла черная жижа.

Стекло трубы на верхних ярусах начало мутнеть и плавиться.

— Посылка доставлена, — констатировал я. — Вера, ищи позицию. Сейчас он высунет нос.

— Три… два… один… — отсчитывал Вольт, глядя на секундомер.

Где-то там, в поднебесье, на сотом этаже, химия вступила в реакцию с физикой.

Звука взрыва мы почти не услышали — слишком далеко. Но мы почувствовалиего.

Стены Башни дрогнули.

Из приемного раструба пневмопочты в лобби с шипением вырвалось облако едкого, черного дыма. Пластиковая труба, идущая вдоль стены, начала мутнеть и оседать, превращаясь в горячую жижу.

— Пошла реакция, — удовлетворенно кивнул я, прикрывая нос рукавом халата. — Термит прожег капсулу, клей испарился. Сейчас у Графа в кабинете атмосфера Венеры.

Мы выбежали из здания на площадь.

Дождь хлестал по лицу, смывая пыль боя.

— Вера! — крикнул я. — Окна! Смотри на окна!

Валькирия уже лежала на капоте лимузина, прижав приклад «Винтореза» к плечу. Оптика смотрела в зенит.

— Вижу движение теплового контура, — ее голос был спокойным, как у хирурга перед разрезом. — Температура в пентхаусе растет. Триста градусов. Четыреста. Он жарится.

На самом верху черного монолита Башни что-то происходило.

Гладкая поверхность стекла дрогнула.

Бронеставни, закрывавшие панорамные окна пентхауса, начали медленно разъезжаться. Из открывшейся щели повалил густой, жирный дым.

Орлов открыл форточку. Ему нужен был воздух.

— Вижу цель, — сказала Вера. — Силуэт в окне. Дистанция триста метров по вертикали. Ветер боковой, сильный.