Книга Протокол «Изнанка», страница 93 – Виктор Корд

На моей ладони, прямо поверх Ожога Империи, загорелась новая метка.

Метка, которую я получил, когда соединил свою кровь с «Амброзией 2.0».

Знак Хаоса.

Я больше не был просто Бароном. Или Врачом.

Я был Королем Чумы.

— Огонь! — скомандовал я.

И Пустошь взорвалась.

Танковые орудия, магия Света, пулеметы Роя и ярость моих монстров слились в один удар.

В то мгновение, когда слово сорвалось с моих губ, мир, казалось, замер на долю секунды, чтобы сделать вдох перед прыжком в бездну. А затем тишина Пустоши была разорвана в клочья. Это был не просто звук выстрелов — это был физический удар, от которого дрогнула сама земная кора. Отдача танковых орудий «Титан» подняла в воздух тучи серого пепла, смешав его с черным дизельным выхлопом, создав мгновенную завесу, сквозь которую прорывались лишь ослепительные вспышки дульных пламен.

Я видел, как снаряды, похожие на раскаленные метеориты, чертили в фиолетовом сумраке дымные трассы, вгрызаясь в живую плоть армии Лилит. Звук разрывов слился в единый, непрерывный гул, напоминающий работу гигантского пресса, перемалывающего кости. Биомасса взрывалась фонтанами слизи и огня, ошметки хитина и плотивзлетали на десятки метров вверх, чтобы дождем осыпаться на наступающую технику.

Воздух мгновенно стал горячим и сухим, наполнившись металлическим привкусом крови и озона. Белые лучи магии Паладинов, разрезающие тьму, не просто жгли — они аннигилировали материю, оставляя после себя стерильную пустоту и запах грозы. К этому добавлялся низкий, утробный рокот пулеметов Роя, который звучал как ритмичная дробь по крышке гроба.

Стоя на броне, я чувствовал каждую вибрацию этого хаоса. Дрожь металла под ногами резонировала с пульсацией Семени в моей груди, создавая странную, пугающую гармонию. Мое новое восприятие позволяло видеть не просто взрывы, а потоки энергии — смерти и жизни, сплетающиеся в смертельный узел. Это была симфония разрушения, и я был её дирижером. Страха не было. Было лишь холодное, отстраненное наблюдение хирурга, который сделал первый разрез и теперь смотрел, как вскрывается гнойник размером с горизонт.

Мы шли на прорыв.

К «Объекту Ноль».

К финалу этой истории.

Понравилось? Подписывайтесь и добавляйте в библиотеку! Это ускоряет выход проды!

Карта города, разложенная на капоте джипа, была похожа на схему вскрытия пациента с множественными метастазами.

Красные зоны — очаги Гнили.

Синие зоны — затопленные районы.

Черные зоны — территории, где связь потеряна (читай: все мертвы).

И в центре этого хаоса — маленькое белое пятно. Руины Башни «Грифон», окруженные баррикадами. Наш последний оплот.

Вокруг карты стояли мы.

Я — в грязном плаще, с тесаком на поясе.

Анна — в изодранном белом мундире, с костяными хлыстами, убранными под плащ.

Волков — в бронежилете поверх костюма, с автоматом (который он держал как бокал с шампанским).

Шкипер — с механическим глазом, который жужжал, сканируя карту.

Зубов — директор завода, потный, толстый, но злой.

И Легион. Химера стоял за моим плечом, нависая над всеми, как статуя Смерти.

— Мы не пройдем по прямой, — Шкипер ткнул пальцем в карту. — Проспект перекрыт завалами. Мои разведчики докладывают, что там гнездо «Слизней». Если сунемся — завязнем.

— Мы не будем объезжать, — отрезал Зубов. — У меня тяжелая техника. Танки. Мы пройдем сквозь завалы.