Книга Зов орды, страница 17 – Эд Кузиев, Виталий Хонихоев

И даже стезя вора начинает тяготить. Преступник находит ослабевшего от голода, кидает ему подачку и требует услуги. Незначительную, например, предупредить о появлении стражников или просто случайных прохожих. Вторая подачка привязывает беднягу к лидеру, а общее преступление : самые крепкие узы.

Два сообщника более успешны, три опасны, десяток может наводить ужас на небольшую деревню, грабя и насилуя уже в открытую, средь бела дня и ничего не опасаясь. Что могут сделать усталые за день землепашцы против десятка сытых и крепких разбойников с оружием.

— Чан, где твои чёртовы кочевники? — нервно спросил своего подельника главарь.

— Потерпите, господин, они недалеко уехали от деревни.

— Повтори, что ты видел, — в десятый раз поинтересовался правая рука, судорожно сжимая копье.

— Арба, полная добра, пятеро всадников с запасным лошадками, девка из знатных, но невольница,— устало отвечал проводник.

— Лёгкая прогулка, — усмехнулся главарь, подбадривая своих подчинённых. — Возьмёмих тепленькими и во сне. Отгадай загадку, Чан. Стрелял в пятку, попал в нос?

— Плохой стрелок? — неуверенно ответил наводчик.

— Пердун. Такой же, как и ты. — стравил нервы шуткой здоровяк. — Что ты воздух портишь? Нас одиннадцать, их пятеро спящих. Тыкнуть копьем да лошадей отвязать. Дело верное.

Толпа рассмеялась, потом притихла. Последнюю сотню шагов уже крались к горевшему костру, даже не обратив внимания на пронзительный свист сокола.

Только первый из разбойников добрался на расстояние удара и приготовился уколоть копьем, как спящие поначалу путники вдруг вскочили на ноги с уже оголенным оружием.

С испугу, лиходей тыкнул наугад в ближайшего, раздался крик боли, а следом у его подельники навалились всем скопом.

Раненый Госра швырнул в костер заклинание огня, пробудив стихию. Тотчас пламя охватило троих из нападавших. Получив ориентир, Батыр тут же начал стрелять, не боясь задеть своих, благо бегающие по поляне живые факелы давали много света. Четыре стрелы за время глубокого вдоха, три тела на земле. Следом вступил в бой Максуд. Тяжелый удар ногой сбил с ног ближайшего, а подняться ему уже не позволил Семрин, наколов его, как бабочку на иглу.

Она открыла глаза и сразу же сжалась. Когда-то она открывала глаза, желая проснуться поскорей, чтобы начать новый день, познавать новое с учителями, играть в саду со своими подругами или сплетничать за чашкой чая со сладостями на крытой веранде ее большого дома. Но эти времена прошли… с тех пор как ее похитили и продали словно какой-то товар, как тюк ткани за несколько серебряных слитков – она перестала ожидать чего-то хорошего просыпаясь. И первым чувством всегда было горькое сожаление о том, что нельзя спасть и видеть сны вечно. Потому что во снах она снова была дома, снова сидела на крытой веранде вместе с Дин Чи и Лань Су, а перед ними стоял столик со сладостями и ароматным, свежезаваренным, чаем из свежего урожая высокогорных плантаций… а проснувшись, она не получала ничего хорошего, кроме тычков и унижений. И сперва она решила, что все еще находится в караване у работорговцев, но потом быстро вспомнила что ее уже продали какому-то ворчливому старику из кочевников, а дом этого старика уже успели разорить такие же варвары, как он сам. И что она вот ужепочти неделю как трофей его учеников, каждый из которых на голову выше среднего мужчины из Хань, выше и сильнее. Варвары и дикари, что с них взять. Но… почему звенит сталь и раздаются крики в ночи?