Книга Зов орды, страница 92 – Эд Кузиев, Виталий Хонихоев

***

Утром нового дня за Ляосянь из дома Шара-Мурэн прибыли десяток стражи, роскошный паланкин и слуга наместника. Громко зачитав приглашение, глашатай скрестив руки, ожидал выхода знатной гостьи. В этот раз Ляосянь появилась в богатом ханьфу, подаренной Цао Фань, с традиционной прической ханьцев, между тем опоясанная и с мечом в руках. На левой руке пять разноцветных лент, тяжелые нефритовые серьги обрамляли выбеленное пудрой лицо.

Пришло время прощаться и надеяться, что судьба подарит новые встречи на такой непредсказуемой дороге жизни. По очереди обнявшись с Мечом, Копьем, Кнутом и Стрелой, жена одарила каждого поцелуем и трепетным ожиданием воссоединения.

— А если бы я выбрала одного из вас? — не вытерпев, полюбопытствовала девушка.

— Твоя рука была бы не столь богато украшена, — ответил ей Ханой. — Да и твои метания были ответом. Я не прощаюсь, и ты всегда знаешь где мы и в какой удаленности.

Проводив избранницу за ворота, братья еще долго смотрели вслед уходящему конвою, а позже нехотя вернулись в дом. Их уже встречал начальник охраны. Приковав взгляды парней, он сообщил свой приказ.

— Согласно положениям о военном положении и обязанностей домовладельцев, сводный отряд из двух десятков воинов будет направлен для охраны порта. Вы поступаете на службу к Сынь У. И, Максуд, умерь свой гонор, сын главнокомандующего очень злопамятен и высокомерен, — укоризненно пригрозил Цао Фань. — Жалование в конце месяца получите у казначея. Прощайте, с вами было... любопытно.

Сборы были коротки. Забрав лошадей и припасы, братья выступили в тот же город, откуда начали свое знакомство с царством Вэй. Неожиданным было появление шестнадцатого наемника, которого перед самым выездом настойчиво предложил дом БольшогоБо. На вид не боец, но с очень хитрыми глазами и беспокойными руками. Вооружение было почти такое же , как и остальных: тяжелая куртка, копье, длинный нож. Но Ханой видел, что за неловкими движениями и ужимками скрывалось нечто большее.

На родном наречии кнут обратился к братьям: — Не нравиться мне он, будьте готовы незамедлительно убить его. Война все спишет.

Может быть Ханою показалось, как приставленный в последний момент наемник после его слов чуть дернулся.

Процессия из двадцати воинов продвигалась без осложнений, все встречные телеги и прохожие готовы были лезть на стены, но уступить путь бойцам. Проселочная дорога подарила лишь скуку. Чтобы как-то развеять зевотное настроение от длинной и неспешной дороги, братья устроили состязание между собой. Перебрасывая между собой мешок с сеном, старались вырвать друг у друга, используя свой стиль. Максуд полагался на силу, Батыр на точность движений, Ханой пытался схитрить, но удача раз за разом светила лишь копью.

Намного обогнав пеших воинов, парни остановились на отдых. На скорую разбили лагерь, подготовили сухостой и расседлали и стреножили лошадей. Так за дружеской перебранкой ребята перешли на более серьезные темы, а именно предстоящего военного похода.

— Что тебя тревожит, брат? — высказался первым копье.

— Сам переход. Вэйцы очень уж любят полагаться на силу истуканов. Без них война затянется надолго. А как перевезти через широкую реку сотню, а то и больше големов, зная что вода для них враждебная стихия...

— Они построят мост, — предположил Максуд.