Книга Мракобесие и отвага, страница 24 – Александр Быченин

— Итак, Клим Потапович, ситуация в части, вас касающейся, более-менее прояснилась.

— Это хорошо? — осведомился я с немалым подозрением. — Или мне уже начинать паниковать?

— А смысл? — хмыкнул поручик. — Да и рано ещё! Сами же слышали рекомендацию — годен без ограничений после адаптивного курса. Иными словами, для окончательного решения у вас есть ещё две недели, Клим Потапович. Каковые — увы! — вам придётся провести здесь, в клинике.

— Хотя бы не в реанимации? — с надеждой уставился я на куратора.

— Разумеется! — заверил тот. Правда, сразу же спустил меня с небес на землю, пояснив такую свою позицию: — Тратить на вас ресурс реанимационного комплекса в сложившейся ситуации весьма расточительно. И я просто вынужден был бы доложить наверх по инстанции, буде обнаружил бы подобное нарушение.

— Типа, вали в общую палату, Климушка? — саркастично хмыкнул я, прекрасно осознавая, что мне за это ничего не будет — это же Купфер! — Досадно, однако!

— Да не переживайте вы так, в общей палате ничуть не хуже, — успокоил меня поручик. — Ну да, она трёхместная, но жить вы, с вероятностью процентов сто, будете один. Взвоете ещё от скуки, помяните моё слово.

— А в чём тогда адаптация? — удивился я. — Сидеть в одно рыло в палате и лезть на стену?

— Зачем на стену? — озадаченно нахмурил лоб Купфер. — А, снова идиома! Нет, конечно! За эти две недели вам предстоит адаптироваться не только к телу и новым возможностям, но и к окружающей действительности — хотя бы на начальном уровне. И вот это вам должно помочь, — протянул он мне планшет. Тот самый, на котором мы совсем недавно смотрели видосик со мной, любимым, в главной роли. Гаджет, как и всё вокруг, предельно навороченный и технологичный. Я этосразу понял, глаз у меня намётан! Так что как специалист говорю. — Аккаунт пока что создадите гостевой, сервер госпиталя это позволяет. Ну и, чтобы у вас не случилось передозировки информации, сетевые ресурсы в рамках адаптивного курса открываются постепенно. Сначала будут доступны рекомендованные магическим приказом и братством целителей сайты… ну и, разумеется, все государевы порталы, а затем, когда система — или Авдотья Михайловна, не суть — сочтёт, что вы готовы к переходу на следующий уровень, вас выпустят на просторы сети.

— А когда они сочтут? — на всякий случай уточнил я. — Когда мне на достаточном уровне мозги промоют? Спасибо, но я этого и дома наелся. Со всех сторон всякую хрень в уши заливали.

— Я бы не рекомендовал впредь бросаться такими фразами в присутствии опричных служащих, Клим Потапович, — неожиданно для меня напустил на себя суровый вид куратор. — Особенно при сотрудниках третьего отдела. А при людях из сыскного приказа — тем более. Даже вскользь.

— Понял, учту, — совершенно серьёзно кивнул я.

Серьёзно, потому что взгляд у Купфера был такой, что меня проняло до самых печёнок.

— Впрочем, даже наедине с собой не стоит такое произносить вслух, — добавил поручик и… подмигнул!

А потом скосил взгляд на моё левое запястье, и тут даже до меня дошло: старый интернет-мем про Большого Брата здесь, на Тверди, вовсе не мем, а суровая реальность! Ц-ц-ц! Вот это я попал, так попал, с-сыбаль!

С другой стороны, если сам поручик, сотрудник того самого третьего отдела, ведавшего в рамках жандармской команды опричнины Корсакова-Волжского, а также полиции районов-сервитутов, собственной безопасностью, внутренними расследованиями и внутренними же судами — такие намёки делает… может, суровость законов компенсируется необязательностью их выполнения? Ну или хотя бы не на сто процентов? Естественно, неофициально и с соблюдением внешних приличий? Что ж, будем посмотреть!