Книга Смерть всё меняет, страница 29 – Джон Диксон Карр

Она застала доктора Фелла в большой, перегруженной декором комнате на третьем этаже. Доктор Фелл был в шлепанцах и пурпурном халате размером с палатку. Он сидел за столом перед портативной пишущей машинкой, с пинтой пива под рукой, и печатал какие-то заметки.

– Вы меня не знаете, – начала Джейн Теннант. – Зато я все знаю о вас.

Его взору предстала девушка лет двадцати восьми – двадцати девяти. Она была очень привлекательна, хотя и не красавица; немного крупновата, но с прекрасной фигурой; спокойная, однако по натуре общительная. Подобное сочетание трудно описать, хотя и не так трудно проанализировать.

Ее главным достоинством была отличная фигура, но она, похоже, никак не стремилась это подчеркнуть. Глаза у нее тоже были хороши – серые, с точками черных зрачков. Темно-каштановые, коротко подстриженные волосы, крупный рот. Впрочем, в твидовом костюме, коричневых чулках и туфлях на плоской подошве она смотрелась не особенно выигрышно. А дышала так, словно бежала всю дорогу.

Опираясь на трость с загнутой рукоятью, доктор Фелл ринулся приветствовать ее, едва не опрокинув пишущую машинку, свои заметки и пиво. Он с величайшей торжественностью устроил свою гостью в кресле. Потому что ему понравилась Джейн Теннант. Он почувствовал в ней живой ум и способность от души повеселиться, хотя сейчас ей, похоже, было не до веселья.

– Какая радость! – Доктор приветливо улыбался, мысленно все еще в своих заметках. – Радость… Э… не хотите ли кружечку пива?

Он удивился и пришел в восторг, когда она согласилась.

– Доктор Фелл, – произнесла она просто, – с вами случалось такое, чтобы совершенно незнакомый человек пришел и поведал вам свои горести?

Доктор, с присвистом дыша, вернулся к своему креслу.

– И не раз, – ответил он в высшей степени серьезно.

Джейн торопливо заговорила, уставившись в пол:

– Прежде всего, надо сказать, что я знакома с Марджори Уиллс, теперь она Марджори Эллиот. Вы вытащили ее из жуткой истории в деле об отравлении в Содбери-Кросс, и она от вас без ума. А вчера вечером Конни Айртон (это дочка судьи) упомянула, что вы остановились неподалеку и она познакомилась с вами в летнем домике своего отца.

– И что же?

– Так вот, – продолжала девушка, чуть улыбаясь, – вы не против, чтобы совершенно незнакомый вам человек… сделал это прямо сейчас?

Вместо ответа доктор Фелл собрал свои бумаги, перетасовал их и запер в ящике стола. Заодно попытался накрыть пишущую машинку чехлом. Задача попросту неосуществимая, если у кого-то руки-крюки, и даже богохульства здесь редко помогают, и потому все получилось, только когда Джейн Теннант забрала у него чехол и проворными ловкими пальцами защелкнула на нужных местах.

– В один прекрасный день, – пообещал доктор Фелл, – я отлуплю эту скотину и надену ей намордник с первого раза. А пока что я весь внимание.

Но девушка лишь беспомощно смотрела на него, пока секунды складывались в минуты.

– Я не знаю, как начать. Не могу об этом вслух!

– Почему же?

– О, я не совершала преступления, ничего подобного. Речь идет просто о долге. Однако заговорить об этом… боюсь, тут требуется некий душевный стриптиз.

– Попробуйте, – предложил доктор Фелл, – преподнести все как гипотетический случай. Так вам будет легче.

Повисла пауза.

– Хорошо, – кивнула Джейн, глядя в пол. – Некая женщина, назовем ее Икс, влюблена… – Она подняла голову, и в ее взгляде отразилось желание как-то защититься. – Подозреваю, все это звучит глупо и по-детски?