Онлайн книга «Дело о нескончаемых самоубийствах»
|
Вскоре он попытался вылезти из кровати. Но головокружение было столь сильным, что Алан снова лег. Тем не менее примерно в этот момент его разум начал работать. Алан лихорадочно попытался вспомнить, что произошло прошлой ночью. И не смог вспомнить ничего. Алана прошиб холодный пот. За его спиной маячили все возможные гнусности, все виды гнусностей, которые он мог сказать или сделать, но не мог сейчас вспомнить. Пожалуй, в мире не найдется ни одной муки, сравнимой с этим. Он знал, ну или предполагал, что все еще находится в замке Шира и что его втянули в распитие «Погибели Кэмпбеллов» с Колином; а больше он ничего не знал. Дверь в комнату открылась, и вошла Кэтрин. В ее руках был поднос, на котором стояли чашка черного кофе и отвратная на вид микстура в стеклянной пашотнице. Кэтрин была полностью одета. Однако ее бледность и тусклый взгляд странным образом успокоили Алана. Кэтрин подошла и поставила поднос на прикроватную тумбочку. – Ну, доктор Кэмпбелл, вам не стыдно? – Ее первые слова прозвучали не слишком ободряюще. Все эмоции Алана нашли выход в одном протяжном страстном стоне. – Видит Бог,не мневинить вас, – произнесла Кэтрин, держась за голову. – Я была ничуть не лучше. О боже, я чувствую себя прескверно! – выдохнула она и пошатнулась. – Но по крайней мере, я не творила… – Не творила чего?.. – прохрипел Алан. – Вы не помните? Он ждал, что гнусности затопят его, как море. – В данный момент – нет. Ничегошеньки. Она указала на поднос: – Выпейте. Это «Устрица прерий»[21]. Знаю, что выглядит отвратительно, но точно пойдет вам на пользу. – Нет, расскажите мне. Что я натворил? Я был плох? Кэтрин устало взглянула на него: – Не так плох, как Колин, конечно. В тот момент, когда я пыталась уйти, вы с Колином фехтовали на клейморах. – Мы – что? – Фехтовали на настоящих мечах. По всей столовой, и в холле, и на лестнице. На вас были скатерти вместо пледов! Колин перешел на гэльский, а вы цитировали «Мармиона» и «Деву озера». Только, кажется, вы никак не могли определиться: то ли вы Родрик Ду[22], то ли Дуглас Фэрбенкс[23]. Алан зажмурился. И мысленно вознес молитву. Проблески света, словно пронизывая занавесь, касались сцен старого мира, которые то наплывали на него, то исчезали в безнадежном хаосе. Все огни дробились, все голоса приглушались. – Постойте! – взмолился он, держась за лоб. – А что с Элспет? Я ведь не оскорбил Элспет, скажите? Кажется, я припоминаю… Он снова закрыл глаза: – Мой дорогой Алан, это гвоздь всего вечера. Вы теперь любимчик тетушки Элспет. Она считает, что вы, наряду с покойным Ангусом, самый лучший член семьи. – Что? – Вы не помните, как по меньшей мере полчаса читали ей лекцию о «Торжественной лиге и Ковенанте»[24]и истории церкви Шотландии? – Подождите! Мне действительно смутно припоминается, что… – Она ничего не поняла, но вы ее заворожили. Она заявила, что тот, кто знает такое количество имен священнослужителей, не может быть настолько безбожным, как ей думалось. Потом вы настояли на том, чтобы она выпила полстакана этого отвратительного пойла, и она отправилась в постель, словно леди Макбет. Это было, конечно, до эпизода с фехтованием. А потом – вы не помните, что Колин сотворил с беднягой Своном? – Своном? Своном из Макхольстеров? – Да. – Аончто здесь делал? |