Книга Детективные истории эпохи Мэйдзи, страница 35 – Анго Сакагути

Мёсин обладал исключительным обаянием для женщин, и многие красавицы-сектантки считались его любовницами, но отношения между Бэцу-Тэнно и Сэрадой носили совершенно иной характер, и даже Мёсин не мог завоевать Бэцу-Тэнно. Та была весьма уникальной в интимном плане – крайне целомудренная, но настолько экстравагантная, что после рождения Банро даже прекратила всяческие отношения с мужем Кураёси. Возможно, поэтому она ладила с эксцентричным Сэрадой, но не с Мёсином, привлекательным для всех – и даже его обаяние не могло повлиять на Бэцу-Тэнно.

Макита больше всего интересовался слухами о противостоянии Сэрады и Мёсина. Возможно, Кодзо убили из-за его связи с Умино Мицуэ, возлюбленной Банро, а мать и дочь Сабури – из опасений, что они могут стать оппозицией Бэцу-Тэнно. Тогда заподозрили бы сторонников Сэрады и Бэцу-Тэнно. Макита сосредоточился на этом, насторожился и следил за всем вокруг, но из-за того, что внутренняя часть секты оставалась тайной за семью печатями, было невозможно узнать правду.

О Цукиде Матико никто ничего не знал, но, по слухам, почти все красавицы были любовницами Мёсина, и она тоже считалась его сторонницей, которая противостояла Бэцу-Тэнно. Сейчас, среди женщин, свободно входящих в святая святых, кроме Матико не наблюдалось явных красавиц, поэтому ее роль могла иметь большое значение для планов Мёсина. Это предположение подтверждал тот факт, что во время обряда Ямиёсэ Матико навлекла на себя гнев Кайтэнно и была закусана волком.

На вопрос, что такое Кайтэнно и какой дух вызывает эти сверхъестественные явления, ответить было невозможно. Но так как Бэцу-Тэнно – основательница секты, возможно, стоило рассматривать их как духовные феномены, вызванные ею или ее последователями?

Но даже если так считать, Матико, якобы загрызенная волком во время «Ямиёсэ», воскресла, и ее убили по-настоящему не внутри секты, а в саду собственного дома. Никаких намеков на разгадку этой тайны не обнаружилось. Для Макиты все только усугублялось, и конкретных улик у него не было. Он лишь точно докладывал все, что узнал.

– Что же касается обвинений, которые Кайтэнно предъявил Матико во время «Ямиёсэ», – продолжил Макита, – даже если причиной недоверия стало то, что она не смогла собрать необходимые пожертвования, Кайтэнно никогда не обвиняет просто в мирских вещах. Обвинения всегда формулируются высокопарным, почти божественным языком. Может быть и совершенно другая причина, но это не значит, что ее станут называть. Главное – осудить, вызвать страх, заставить волка загрызть виноватого. Такое у меня сложилось мнение. Матико говорили странные вещи: «Твое тело превратилось в змею, змеи кружатся вокруг тебя!» – и вдруг послышался тихий голосок маленькой девочки: «Ой, нет, не надевай красную шапочку, я не вижу, прости, прости». И она горько заплакала. И потом снова зазвучал грубый голос: «О, тебя съест волк». Так обвинения Кайтэнно постоянно меняются: иногда он обвиняет напрямую, временами предвещает обвиняемому печальную судьбу намеками, порой говорит, как тот попадет в ад и что там увидит или сам выступает как голос того, кто попал в ад. Все его голоса полны жуткого страха и печали. Услышав их, обвиняемый теряет сознание, бледнеет и словно умирает. После обвинения Матико вывели, огонь погас, и вызвали волка, который начал ее жестоко есть. Пока волка звали, огонь всегда гасили.