Книга Детективные истории эпохи Мэйдзи, страница 79 – Анго Сакагути

И Ясокити, и Киёмацу привлекали своих жен в качестве держателей веревки. Считается, что при нырянии на глубину не обладающие физической силой женщины не могут справиться с такой важной задачей, как удержание каната. Однако жены Киёмацу и Ясокити были воспитаны как опытные ныряльщицы ама[70]. Они знали морское дно лучше, чем улицы ближайшего города. Обращая внимание на натяжение веревки, они умели определять, что происходит с их мужьями на глубине. Для обоих ныряльщиков жены стали незаменимыми помощницами.

Затем для управления водолазным колоколом необходимо было найти лодочника, который бы с ними сработался. Требовалась хорошая слаженность всех участников, чтобы он умело вел корабль, следуя указаниям держательниц канатов.

Кроме того, для работы на глубине двадцати хиро нужно пятнадцать-шестнадцать крепких молодых людей для управления насосом. Собрав весь необходимый экипаж, требовалось также взять и хорошо знакомый водолазный колокол. Хотя для работы с насосом можно использовать обычных моряков, лодочнику Такэдзо, жене Ясокити – Кин и жене Киёмацу – Току пришлось поехать с ними. Кроме того, следовало захватить и водолазный купол Такэдзо.

Так группа из пяти человек покинула родные края, объявив по наказу Хатанаки, что отправляется на заработки в залив Тоса[71]и села на «Сёрюмару». Корабль, не вызвав никаких подозрений, спокойно вышел в море.

* * *

Говорят, женщинам не место на корабле. И Хатанака заметно беспокоился, что им пришлось взять жен ныряльщиков на борт. Но раз уж для управления веревкой подходили только они, ничего нельзя было поделать.

Когда через несколько дней они приблизились к месту назначения, его опасения начали подтверждаться. В прежних плаваниях ничего подобного не происходило, но на этот раз на всем корабле словно повисла угрожающая напряженность, создавая ощущение надвигающейся беды, и сам воздух стал тяжелым. Когда моряки видели двух женщин, в их взгляде уже не было дружелюбия – лишь ненависть, как будто они смотрят на что-то крайне неприятное. Чувствовалось, что их похоть уже на грани звериного инстинкта.

Кин и Току сравнялось по двадцать три года. Они не только ловко управлялись с веревкой для ныряния, но и сами спускались на дно за водорослями и ракушками, будучи настоящими ама. Их тела были полны силы, отличались гармонией, словно само воплощение здоровья. К тому же обе отличались привлекательной внешностью, что в данной ситуации только осложняло дело.

Кок этой шхуны, по фамилии Ямато, был настоящим хозяином камбуза, похожим на глубоководную рыбу. Просоленный морской бродяга еще ребенком пробрался без билета на заморский корабль и с тех пор скитался по свету, работая матросом на иностранных торговых и китобойных судах. Неудивительно, что его знания о море были обширны. Особенно на заграничных маршрутах даже капитану порой приходилось полагаться на его опыт, от погрузки воды и топлива в иностранных портах до закупки дешевого, но непортящегося спиртного. Все требовало умений Ямато.

Ямато выбрал пост корабельного повара вовсе не из-за своих кулинарных способностей, а ради желания сосредоточить в своих руках все привилегии на борту. Он лишь отдавал приказы другим матросам, заставляя их готовить, а сам целыми днями пьянствовал. И если кому-то из команды хотелось пропустить стаканчик или побаловать себя чем-то вкусным, приходилось платить – либо деньгами, либо услугами.