Книга Дорогуша, страница 163 – Си Джей Скьюз

– Что это? – спросил Крейг, выходя из ванной и на ходу вытирая волосы.

– Теракт в центре, – сказала я, но тут взгляд мой упал на его руку.

Оказывается, он спрашивал не про зарезанного таксиста, а про маленькую белую палочку, которую держал в руке. Все остальные следы тестов я тщательно зарыла на дне мусорного ведра, но самый первый тест забыла на бортике ванны.

Я выключила телевизор.

– А… да. Черт. Я тест купила.

– И уже сделала его?

– Ага.

– И что означают эти две полоски? – спросил он, изумленно задирая брови и роняя нижнюю челюсть.

Он смотрел на меня, и глаза его наполнялись слезами.

– Рианнон, что означают две полоски?

– Они означают… что ты скоро станешь папой.

Крейг с четверга только об этом и говорит. Плейстейшен в руки не берет и с Ланой тоже не встречается. А еще он заплакал во время рекламы «Хаггис» и в приступе паники купил радионяню, на которую в «Сейнсберис» была скидка. Каждая его фраза теперь так или иначе касается младенцев.

«Надо будет освободить кладовку. Как думаешь, что лучше – покрасить или обои?»

«Мама наверняка сразу же начнет для него вязать. А папа захочет, чтобы мы открыли для ребенка отдельный сберегательный счет».

«Какого он сейчас размера?»

«Ты будешь рожать под препаратами? Можно мне тоже?»

«Я возьму денег из своих накоплений и уйду в декрет. Хочу быть рядом, пока он маленький. Мой папа со мной рядом не был. Все время работал. И теперь очень жалеет».

«О, через минуту на Скай-ТВ „Уж кто бы говорил“»! [96]

А если сказать ему нечего, то он просто садится рядом на диван и гладит мой живот, пока у меня завтрак из ушей не полезет, бесит ужасно. Прошлой ночью он с животом вообще разговаривал.

– Ты осознаешь, что разговариваешь с пасандой из ягненка и половинкой лаваша? – спросила я его.

– Неправда, я разговариваю со своим сыном. Или дочерью.

– Это ведь еще даже не ребенок.

– Тогда что же это?

– Сгусток.

– А вот и нет. На этом сроке уже даже пол определяется.

– А может, он будет гендерфлюид. Может, у него вообще никакого пола не будет.

– …и у него сейчас уже все органы формируются. Давай высчитаем, когда у тебя ПДР?

– Крейг, почему ты ведешь себя как женщина?!

– Ну ведь я так всем этим взволнован! – сказал он и потянулся за телефоном. Он установил себе туда беременное приложение. – А ты разве нет?

– Конечно, взволнована. Просто я слегка в ахуе, сам понимаешь.

Когда он пошел в туалет, я увидела у него в телефоне двадцать восемь пропущенных звонков от Ланы за последние четыре дня. Он не ответил ни на один из двадцати восьми.

В почте – еще два отказа от литературных агентов, хотя один из них (компания под названием «Хэмптон & Певерилл») написал, что «в книге что-то есть, но следует поработать над характеристиками героев». Придурки. Отписалась от них в Инстаграме.

Записалась к врачу на среду в 15:00. Пора извлекать маленькую тварь, пока Крейг не оплатил курсы для беременных по методу Ламаза и не начал вырезать люльку из дерева.

Лайнусу Сиксгиллу диагностировали интраокулярный рак – рак глаза, обнаружили это случайно во время плановой проверки зрения. Вот, наверное, почему он такой притихший в последнее время. До дальнейших результатов анализов его отстранили от работы. Я, конечно, должна организовать открытку «Желаем выздоровления» и подарок. Господи, если он умрет, его возведут в сан мучеников. И мою фотографию «Бунтарей-Любовников» упомянут в гребаной эпитафии: