Книга Алиби Алисы, страница 24 – Си Джей Скьюз

Внезапно появляется Кейден: майка насквозь промокла от пота, в ушах — наушники, взгляд отрешенный.

— Приветик, — говорю я.

Он ставит ногу на ступеньку и лишь тогда замечает меня.

— О, привет, Джоан, — произносит он, отдуваясь и выдернув из ушей наушники. Сегодня он в шортах, и у него совершенно умопомрачительные ноги — стройные, загорелые, покрытые мягкими светлыми волосами. Никогда еще он не выглядел так привлекательно. Капельки пота скатываются вниз по его лбу и затылку.

— Как вы сегодня? — все еще отдувается он.

— Вроде ничего, — отвечаю я, делая жест в сторону стакана.

— А как Эмили?

— В порядке, спасибо. Еще спит. — Я закатываю глаза, как делают все мамаши, желая показать, что провели очередную бессонную ночь. — Какие у вас на сегодня планы?

— Надо принять душ, а в девять начинается работа. А у вас?

— У меня сегодня смена во второй половине дня, — отвечаю я, пожимая плечами. — Это все.

Мне кажется, я достаточно прозрачно намекнула ему, что хочу, чтобы он попросил меня провести это утро с ним, но он, видимо, неуловил намек. В этот момент на ступеньки запрыгивает моя Таллула и устремляет на него свой взгляд. Мы оба смеемся, он щекочет Таллуле шею, а она обнюхивает его руку. Значит, с кошками он тоже ладит. Ну просто сплошное совершенство.

— Я видел объявление о пропавшем коте, похожем на нее, на одной из соседних улиц, — говорит он, разглядывая ее ошейник без имени.

— Правда?

— Да. Даже белое пятно вот тут на шее, — добавляет он, гладя кошку.

— Ах да. Я видела это объявление, — придумываю я на ходу. — Это не она. Это моя Таллула.

— Того кота, кажется, звали Педро. Ну ладно, мне. пора. Увидимся. — И он взбегает по ступенькам к двери. Я жду, чтобы он обернулся и посмотрел на меня еще раз, как те мужчины в кино, которые не могут сказать о своей любви и выражают ее лишь взглядом, но тщетно.

И тут я снова со всей отчетливостью вижу мертвое лицо Тессы Шарп.

Кажется, Эмили завозилась. Одним глотком проглатываю то, что осталось в стакане, прихватываю тарелку с крошками и бегу к ней.

Я и она. Я меняю ей подгузник и прижимаю ее к себе посреди ночи. Только мы вдвоем. И так будет всегда,думаю я. Но в следующее мгновение в моей голове уже грохочет гром и сверкают молнии, и мне хочется, правда всего лишь на секунду, чтобы на месте Тессы Шарп была я.

А еще через мгновение я чувствую себя ужасно, словно внутри у меня все прогнило. Как могло мнезахотеться умереть, пусть даже на секунду? После всего того, что сделал Скантс, чтобы защитить меня! Да просто потому, что это будет означать, что все это — погони, укрытия, постоянная ложь — наконец закончится, и я смогу снова стать собой: Алисой-которая-умерла. Вместо того чтобы быть Джоан-которой-никогда-не-было. Не хочу быть такой, какой они хотят меня видеть. Я никому ничего не должна. Даже Скантсу.

Позвонила на работу и сказала, что сегодня приду поздно, потому что иду на похороны. Это правда: я действительноиду на похороны какой-то Джун Басби, хотя понятия не имею, кто она такая. Я услышала про них, когда на прошлой неделе ходила на похороны Леонарда Финча. Интересно, а сегодня тоже будут давать волованы[6]с грибами? Так было вкусно!

Только не подумайте, что я хожу туда поесть. Просто мне нравится находиться в кругу семьи, пусть даже и не своей собственной. И там почти никогда не спрашивают, кто я. Людиобычно так поглощены изучением коляски Эмили, стараясь разглядеть ее, что не спрашивают, подруга ли я или дальняя родственница. Я могу быть соседкой, коллегой по работе, кем-то, с кем покойница случайно познакомилась в парке, кормя уток, или кто выгуливал собаку покойного незадолго до смерти. Какая им разница!