Онлайн книга «Под вересковыми небесами»
|
– Что перестать? – Они бьют меня. Мне больно. Они кричат. – Они? – Ноги пинают меня. – Это Том и Тед? Это они вас пинают? – Нет, только Тед. Только Тед. Он кричит, что я дьявол, что я свела его с ума, что он должен выбить из меня ту нечисть, что засела там и сводит его с ума. – Том тоже там? – Том тоже там. Я слышу его голос. Он оттаскивает Теда. Да, он оттаскивает Теда, но Тед чуть-чуть сильнее, самую малость сильнее. Я проваливаюсь, мне очень больно, и проваливаюсь в пустоту. Я Му. Теперь я Му. Я терплю боль и накапливаю ее. Я мычу. Муэа-муэа. Муэа-муэа. Муэа-муэа. – Лаура, на счет три ты выходишь из транса. Достаточно. Раз… – Муэа-муэа. Муэа-муэа. Муэа-муэа. – Два… – Муэа-муэа. Муэа-муэа. Муэа-муэа. – Что ты с ней делаешь, ублюдок, почему она мычит? Почему она мычит? – голос. Чужой голос донесся издали. Я услышала крики и пинки. Все те же крики и пинки, но не там. Не на вересковой поляне. Где «три»? Моя рука, к которой пристегнут доктор, больно дергается в браслете, и кожа сдирается. Где же «три»? Я слышу голос доктора: – Три, – и отключаюсь. Не знаю, сколько я спала. Открыв глаза, я увидела, что отстегнута от доктора. Села, потерла глаза. Доктора не было в комнате. Никого не было. Хотя нет, что-то большое и темное лежало в углу под пленкой. Я подползла на четвереньках туда, в самый угол. Что там? Ботинок? Красивый лакированный ботинок торчал из-под пленки. Я скинула ее, но она не скидывалась целиком. Она была примотана. Примотана к голове доктора скотчем. Скотч был обернут вокруг шеи. Я увидела его рот сквозь мутный полупрозрачный материал. Манкурт – человек из легенды, которого лишили воли через жуткую пытку, натянув на голову сыромятную верблюжью кожу. В комнате пахло бетоном. Так всегда пахнет в новых домах, в которых никто не жил. Дверь ванной открылась, и из нее вышел он. Рукава рубашки были закатаны по локоть. Блондин стряхивал с них воду и недовольно морщился: – Весь в бетоне перемазался. Такой материал чуть не запорол. – Он глянул на меня. – Поднимайся, – сказал он. От одного нахождения с ним в комнате бросало в холодный пот. Блондин потянул меня за руку и резко поставил на ноги. – Хватит оплакивать это, – он с омерзением кивнул в сторону доктора Курта МакКелли. Видимо, еще злился на него за пиджак. – Сейчас ты переоденешься в нормальную одежду, мы выйдем отсюда и пойдем к машине. И без глупостей. Ты меня услышала? – прошипел он как мог громко и сунул мне пакет. – Я собирался избавиться от этого придурка позже, но он вывел меня из себя своими номерами. Я думал, ты теперь так и будешь мычать, как животное, Лаура. – Блондин противно засмеялся. – Можно я ванной переоденусь? – спросила я, показывая на пакет. – Тут, – ответил он. Я отвернулась, дрожащими руками стала расстегивать пуговицы на робе, наверное, вечность. Натянула через голову платье в яркий цветочный принт. Руки у меня не переставали дрожать, и потом я все никак не могла застегнуть молнию сзади. Он резко дернул собачку вверх и добавил: – А теперь возьми себя в руки. Перестань хныкать. У нас есть дела. Сейчас мы поменяем место дислокации. Проедемся в центр острова. Там у меня завтра встреча с человеком, который подготовит новые паспорта. Чтобы покинуть этот чертов остров. Твоего дружка придется оставить тут. – Он пнул ногой ботинок доктора, глянул в глазок и шикнул – Все, пошли, никого. |