Книга Прекрасная пара, страница 81 – Лесли Вульф

И личность жертвы. Кто эта женщина? Почему ее никто не ищет?

Выходные пролетели незаметно, наполненные тревогами и бесчисленными спорами вполголоса с Амандой. Эта женщина – воплощение душевной несгибаемости. Ее фотография должна быть в гребаном словаре под определением «непримиримости».

Фостер-экспресс появился в понедельник утром, после того как игнорировал меня всю субботу и воскресенье. Он даже не позвонил. Припарковал свой дрянной «шевроле» на подъездной дорожке и попросил меня вывести арендованный «кадиллак» из гаража, чтобы освободить место для ремонта. Сейчас он раскладывает свои ящики с инструментами, выстраивая их в ряд у стены.

– У меня есть почти все, – медленно произносит он.

– Почти?

Я готов придушить его на месте.

У него хватает наглости усмехнуться:

– Ты не потрудился упомянуть о треснувшей обшивке вон там, над бампером, – и он с невозмутимым видом продолжает разгружаться.

Его присутствие провоцирует очередную ссору с женой.

– …ни в коем случае! – шипит она, бросая косые взгляды по сторонам. – Нельзя позволять этому человеку целый день стучать по твоей машине. Что скажут соседи? Что, если они спросят, над чем ты работаешь? Отвези его в то место в Вествуде поздно вечером, когда тебя никто не увидит.

Мы стоим прямо перед гаражом, двустворчатая дверь наполовину опущена, чтобы не привлекать любопытных взглядов. Я вскидываю руки, затем опускаю их, когда отчаяние берет надо мной верх.

– Я не могу вести поврежденную машину под таким количеством дорожных камер и надеяться, что мне это сойдет с рук! – Жаль, я не могу накричать на нее так громко, чтобы задребезжали стекла. – Ты ведь хочешь, чтобы меня арестовали? – яростно шепчу ей прямо в лицо. Она даже не вздрагивает. – Таков твой план?

– Нет, я просто…

– Эй, я сваливаю, – говорит Фостер, выходя из гаража. – Даю вам, ребята, немного времени, чтобы все уладить.

Черт. Мне надо, чтобы он работал над этой машиной так, словно завтрашний день не настанет. Моя дорогая Аманда никогда не перестанет портить мне жизнь. Фостер прислоняется к стене дома, его выпуклый бицепс в нескольких дюймах от моего лица.

– Но я хочу свои деньги сейчас.

Спорить бессмысленно. Я иду в гараж и возвращаюсь с толстым коричневым конвертом. Он берет его и заглядывает внутрь, затем приподнимает бровь и наклоняет голову, как бы спрашивая: «Серьезно?»

– Двадцать пять, – спокойно объясняю я. – Остальное получишь, когда машина будет как новенькая. Такой был уговор.

Мне не нравится, как ходят его желваки, когда он стискивает челюсти. Он засовывает конверт в задний карман поношенных, грязных джинсов и бормочет ругательства.

– Приеду в среду с утра пораньше. И разберитесь со своим дерьмом, окей? Последнее предупреждение.

Аманда смотрит на него, приоткрыв рот. Я изо всех сил стараюсь сохранять хладнокровие, но это требует определенных усилий. Фостер забирается в «шевроле» и заводит двигатель. Из машины доносится громкий рэп.

Жена сжимает мою руку, и я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее. Тем временем к тротуару перед домом подъезжает черный «форд эксплорер». Радиаторная решетка автомобиля украшена красными и синими фонарями. У меня перехватывает дыхание.

Черт возьми!

Из машины выходит мужчина лет тридцати, одетый в дешевый серый костюм, и направляется к нам. Он оценивающе, с нескрываемым презрением смотрит на Фостера. Тот смотрит в ответ, но затем поспешно разворачивается и уезжает.