Книга Похититель жизней, страница 57 – Лесли Вульф

Фотографии Эстель стремились скорее к порнографии, нежели эротике: никакой заботы об обстановке, композиции и освещении. Налицо было развитие презрительного отношения к жертве, усиление желания показать ее в унизительном положении. Несуб хотел причинить ей ущерб на принципиально ином уровне, нежели Кристине. Выставлял тело Эстель напоказ, отражая свое отвращение и неприязнь к ней — или же ко всем женщинам. Но также давал зрителям увеличительное стекло, через которое они не могли видеть ее иначе чем биомусор, грязную, заносчивую и незаслуженно обласканную девку. Ни в коем случае не как звезду, не как поп-идола.

Могло ли это говорить о том, что несуб более пристрастно относился к Кристине, чем к Эстель? Первая жертва серийного убийцы часто наиболее значима, это, как правило, кто-то близкий преступнику, кто-то, кто перешел ему дорогу, пробудив затаенные чувства и мотивируя перейти черту, пролить первую кровь.

А может, дело попросту в том, что Бартлетты ушли из дома и он чувствовал себя в большей безопасности, зная, что остается один на один с беспомощной жертвой? Во втором случае, несмотря на собранность и организованность несуба, присутствие родителей на втором этаже вызвало у него стресс. К сожалению, недостаточно сильный, чтобы преступник допустил ошибку. Не в этот раз.

Неоспоримо было одно, и здесь Тесс могла поклясться в правоте доктора Риццы: несуб стремительно прогрессировал. Следующая атака окажется еще более злобной, еще более убийственной. В который раз тревожная мысль посетила специального агента, и, когда Фраделла припарковался и заглушил двигатель, она спросила:

— А что, если он уже сделал это? И теперь вновь ждет, когда фотографии станут вирусными?

— Так ведь Донован уже искал всех потенциальных жертв со схожими параметрами, нет?

— Да. Но вдруг мы что-то упустили, — ответила Тесс, скачками через ступеньку преодолевая лестницу, ведущую к дверям здания полиции.

Едва они вошли в зал для конференций и детектив стал включать экран и ноутбук, она связалась с Донованомчерез коммутатор.

— Привет, Ди! Есть что-нибудь новенькое?

— Помнишь, что я тебе говорил? Не убивай гонца!

— Хорошо, не буду, — пообещала Тесс с раздражением: можно подумать, она хоть раз выругала его или накричала.

Как только сайт загрузился, ее захлестнули тревога, холод и дурнота. С каждым ударом сердца вязкое отвращение словно растекалось по всему телу. На центральной части страницы теперь размещался таймер, показывающий два часа сорок семь минут оставшегося времени. Выше красовалось послание несуба:

«Думаю, нужно немного оживить нашу игру. Теперь все будет происходить вживую. Все, что вам надо сделать, — оставить свой голос. Миллион голосов, и занавес откроется, чтобы вы увидели сегодняшнее шоу».

Серый прямоугольник со схематичным изображением женской головы вроде тех, что используются на форумах и в социальных сетях, когда пользователь не удосужился вывесить фотографию, сопровождался кратким описанием жертвы. Фраделла и Донован погрузились в спешный поиск кандидатур в базах данных.

«Наша сегодняшняя гостья юна и прекрасна, — гласило описание. — Высокая блондинка с длинными волосами и голубыми очами, прямо как девушки из ваших снов. Поверьте мне, я-то знаю».

Тесс не могла отвести взгляда от цифр под плашечкой «Проголосовать сейчас». Обилие проголосовавших обескураживало и пугало одновременно. Больше семисот тысяч человек уже проголосовали, и их число стремительно росло, клик за кликом.