Книга Искатель, 2006 №5, страница 78 – Игорь Гетманский, Сергей Юдин, Валентин Рапп, и др.

Снег утих, и в свете фонарей на участке, лениво кружился в воздухе крупными пушистыми хлопьями. Виктор поднял воротник и, загребая валенками, не спеша направился к воротам. Когда он преодолел уже половину пути, фонари на соседнем участке погасли. Хлопнула дверь.

«Он точен, как швейцарские часы».

Их сосед, живший в следующем доме, выходил курить ровно в четверть двенадцатого. Этот ритуал был нерушим; по крайней мере, Виктор не помнил, чтобы сосед хотя бы раз изменил своей привычке. При этом, прежде чем выйти на крыльцо, он гасил свои уличные фонари и выходил в темноте, так что был виден лишь тусклый огонек его сигареты. Виктор всегда ломал над этим голову. Обычно, выходя ночью на улицу, люди включают свет. Странно. Окна в его доме тоже почти всегда темные. Интересно, кто он такой?

Снова завыли собаки. Кто-то закричал, и снова стало тихо. Убедившись, что у него на участке свет по-прежнему горит, Виктор дошел до ворот и запер их на висячий замок.

2

Автобус медленно тащился по темной заснеженной дороге, оставляя за обледенелыми стеклами расплывчатые огни деревенских фонарей. Натужно ревел изношенный двигатель. Виктор сидел у окна под одной из немногих работающих ламп и читал книгу. Лампа противно гудела. В автобусе почти никого не было — большая часть пассажиров вышла у ближайших поселков. НиколиноБолото было последней остановкой, и туда мало кто ехал.

Несмотря на строгую надпись над дверью «НА МАРШРУТЕ РАБОТАЕТ КОНТРОЛЕР», никто билетов не проверял, так что Виктор ехал совершенно бесплатно. Дерганье и раскачивание салона убаюкивало, и он постоянно терял нить повествования в своей книге. Благо, это ничуть не сказывалось на ее читабельности. Наверное, когда Гарри Гаррисон писал свою «Крысу из нержавеющей стали», он имел в виду именно такого, наполовину спящего читателя, который в любой момент может проснуться и продолжить чтение с любого места.

Где-то в салоне заиграл мобильник. Виктор поднял глаза, оторвавшись от описания сцены, в которой Джим ди Гриз легко и непринужденно грабил самый неприступный банк на планете, и увидел, как девушка лет семнадцати роется в сумке. На ней была длинная, немного потертая дубленка, на усталом лице ярко выделялись пухлые густо накрашенные губы.

— Алло? — сказала она.

Виктор вернулся к своей книге. Мотор заревел, когда автобус начал взбираться на гору, и на несколько минут его рев заглушил все остальные звуки.

— Не плачь, поняла? — произнесла девушка. — Успокойся! Что он сказал?

Тон ее был резкий, почти грубый и одновременно встревоженный. Виктор снова поднял глаза.

— Сиди дома, хорошо? Я приду через двадцать минут.

Кто-то кашлянул.

— Ты будешь дома?

Она подобрала ноги в маленьких грязных сапогах.

— Нет, не звони. Жди меня. Ты поняла?

Девушка выслушала ответ и выключила телефон. Сжав его в руке, она стала смотреть в замерзшее окно. Виктор снова уставился в книгу.

Только что на его глазах разыгралась одна из больших трагедий маленьких поселков. Скорее всего, она говорила с подругой. Виктору девушка понравилась: несмотря на свой возраст и грубоватую манеру говорить, она излучала силу и заботу. Оставалось только порадоваться за ее подругу — она в надежных руках. Наверняка они живут в военной части, расположенной в одной остановке от Николина болота. А в таких местах жизнь совсем другая, совершенно не похожая на жизнь большого города. Там все иначе, все на виду, и неурядицы, маленькие по меркам московского жителя, там вырастают до настоящих трагедий.