Книга Искатель, 2006 №1, страница 11 – Гарольд Мазур, Песах Амнуэль

Я достал ручку, лист бумаги и написал короткий договор на удостоверение подлинности завещания, на котором вдова поставила свою подпись. Протянув мне ручку и лист бумаги, она спросила:

— Они посадят меня на ночь в камеру?

— Боюсь, вам придется оставаться под стражей до предварительного слушания.

— А что будет дальше? — с тревогой посмотрела на меня Лаура.

— Ваше дело передадут на рассмотрение большого жюри.

— Меня отпустят под залог?

— К сожалению, в делах, связанных с убийствами, обвиняемых под залог не выпускают, — покачал я головой.

В ее глазах блеснули слезы.

— Что они со мной делают?

— Не беспокойтесь, я не позволю посадить вас в тюрьму, ^—решительно заявил я. — Но для этого придется постараться. Вы должны строго следовать моим указаниям. Никаких заявлений, никаких ответов на вопросы. Вы должны закрыть рот и без меня не открывать его. Все ясно?

Лаура Болт проглотила подступивший к горлу ком и кивнула с кислой улыбкой.

Расставшись с Лаурой, я позвонил в кабинет Эдвина Болта и спросил Энди Стока, уже собравшегося уходить, известно ли ему, кого судья назвал душеприказчиком своего завещания. Известно, ответил Энди, Лауру Болт. Тогда я сообщил, что она наняла меня удостоверить подлинность завещания. Я понял, что он еще не знает об ее аресте.

— Вы могли бы открыть сейф судьи? — спросил я.

— Конечно. У меня есть ключ.

— Ну и прекрасно. Я хочу ознакомиться с завещанием и завтра утром пойти к судье по делам наследства. Заберите его, пожалуйста, домой. А я к вам заеду вечером.

Энди пообещал забрать завещание и продиктовал свой адрес. У меня сложилось впечатление, что он очень хочет мне помочь.

Теперь мне нужно было заняться Айрой Мадденом. Я знал, что он выпущен под залог, и понимал, что встретиться с ним будет ой как трудно. Неожиданная смерть судьи Болта наверняка подняла настроение профсоюзным боссам. Они не могут не осознавать, что чем дольше откладывается процесс, тем труднее будет добиться обвинения.

Понимая, что до самого Маддена мне едва ли добраться, я открыл телефонный справочник и нашел адрес его первого заместителя Флойда Остера. Остер жил в недавно отремонтированном доме около Линкольн-Центра. В гости к нему я отправился без какого-либо плана, положившись на интуицию.

Дверь открыл невысокий мужчина в белой майке и с суровым лицом. В правой руке он, как дубинку, держал пустую бутылку из-под виски.

— Мистер Остер? — спросил я вместо приветствия.

— Остер, — буркнул он. — А вы кто такой?

— Скорее всего, вам незнакомо мое имя. Меня зовут Джордан, Скотт Джордан. Я адвокат…

— Почему же незнакомо! Я слышал о вас. — Остер говорил хрипло,как говорят люди с сильно поврежденной гортанью.

— Может, войдем в квартиру? — спросил я. — Мне нужно поговорить с вами.

— О чем?

— Об Айре Маддене и судье Эдвине Маркусе Болте.

По его лицу пробежала едва заметная тень, и оно сразу стало похоже на наглухо закрытый сейф.

— Судья мертв.

— Верно, — согласился я. — Но Айра-то до сих пор жив.

— А вам-то до них какое дело?

— Я представляю интересы вдовы судьи.

— Представляете интересы миссис Болт? Какие еще интересы?

— Я намерен защищать ее в суде от обвинения в убийстве судьи Болта.

По его лицу промелькнула улыбка, если только механическое искривление тонких губ можно назвать улыбкой.

— Ну и что дальше?