Книга Колье, страница 32 – Татьяна Богатова

От размышлений Илону отвлёк разговор на повышенных тонах. Илья пререкался с матерью с противоположных краёв стола. Все остальные наблюдали за ними. Все, кроме Вадима, который пристально смотрел на Илону. Она смутилась под его взглядом и перевела глаза на Стаса. Тот сидел, скручивая в руках белоснежную салфетку с серебряным шитьём. Почувствоваввзгляд Илоны, глянул на неё, словно щенок с подбитой лапкой.

«Что теперь будет? — ясно читался в его глазах вопрос. — Сейчас никому нет дела до моего предложения. И всё из-за этого дурацкого колье».

Илоне стало нестерпимо жаль Стаса. Она тоже подумала о пропавшем украшении неприязненно:

«Надо же было ему пропасть! Это что же, не видать мне теперь счастья в семейной жизни? Если бы всё можно было повернуть назад! Я бы тут же согласилась на предложение Стаса! А сейчас все заняты пропажей колье, и никому нет дела ни до меня, ни до Стаса. Ах, если бы можно было поговорить с ним прямо сейчас наедине! Поднялись бы ко мне в комнату на второй этаж. Но Иветта, разумеется, никому не позволит выйти из гостиной, пока не обнаружится колье. А что это Вадим так на меня смотрит? Неужели это он всё затеял? Но чего собирается этим добиться? Подставить Стаса? Отвлечь всех и прежде всего меня от его предложения? Вдруг Литвинов всё-таки рассказал Стасу о женитьбе на мне, а тот решил опередить его? Но никто из них не выглядел агрессивным по отношению друг к другу. Стас не был против, когда Вадим танцевал со мной. А с кем в это время, кстати, был сам Стас? Надо же, я совершенно не обратила на это внимания.

Почему Илья наезжает на мать? — досадовала Илона. — Хотя, может, он и прав. Это ведь она всё затеяла. Ей, видите ли, захотелось похвастаться нашей новой квартирой и её сногсшибательной отделкой».

О том, что идея собрать родственников в новогоднюю ночь принадлежала Илоне, она в раздражении забыла.

* * *

— Как же ты можешь считать достойным твоей дочери человека, у которого нет роскошной квартиры? — ехидно осведомился Илья.

Не успела Людмила Леонидовна ответить, как сын продолжил.

— Или счастливые молодожёны поселятся в ваших шикарных апартаментах?

— Илья, прекрати, — возмутилась мать. — Илона ещё не дала согласия на брак. Ни к чему обсуждать это при всех.

— Нет уж, извините, — насмешливо парировал сын. — Если предложение сестрёнке было сделано при всех, мы вправе обсуждать это и строить различного рода предположения.

— Только будь, пожалуйста, корректен в своих предположениях.

— Знаешь, мама, весьма странно требовать корректности от меня и всех остальных приглашённых. Ведь в отношении нас не проявлено ни малейшей деликатности с твоейстороны.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты просто обязана была остановить Иветту, чтобы не проводить это глупое расследование.

— Остановить меня? — звонко расхохоталась Иветта, избавляя Людмилу от необходимости отвечать сыну. — Илюшенька, тебе прекрасно известно, что это невозможно. Безусловно, я прошу у всех присутствующих прощения за подозрительность. Посудите сами, если бы все приглашённые как ни в чём не бывало покинули дом, а колье при этом не нашлось, полагаю, никому не понравилась бы перспектива оказаться в роли подозреваемого. Не правда ли?

— Что? — возмутился Илья. — Ты натравила бы на нас полицию?

— Илья, следи, пожалуйста, за выражениями, — мягко укорила Иветта. — Не натравила, а вынуждена была бы инициировать официальное расследование. Разумеется, не сама, а кто-либо из хозяев. Илья, а почему ты так распалился? Ты же поддержал меня в намерении провести домашнее расследование, скоротав таким образом остаток ночи.