Книга Тайна Табачной заимки, страница 49 – Татьяна Богатова

— Это ж не пивные банки, — удивился Виталий, — которые он в контейнере за гостиницей выуживает.

— А ему без разницы. Баллончик-тометаллический. Но теперь, что говорить. Поезд ушёл. Да только к Оксанке я с тех пор подкатить не могу. Ступор какой-то. Одно дело, когда мы с Антохой из-за неё соперничали.

— А теперь, значит, Антона не стало, соперничать не с кем, и ты её разлюбил?

— Говорю же тебе, нет! — разгорячился Денис. — Но, ты прикинь, с какими глазами я к ней припрусь. Типа того, Антоху не вернёшь, выходи, Оксан, за меня. Бред полный! Нет уж, лучше я ещё с девками погуляю, — фыркнул он. — Может, какая залетит. Тогда сразу женюсь.

— Даже если не полюбишь?

— А какая разница? Я и так никого не люблю, кроме Оксанки. Оно и проще без любви-то. Заморачиваться не надо. Носи жене бабло, расти пацанов — и всё будет в шоколаде.

— А если ей бабла будет мало? Или, вместо пацанов, девчонки родятся? — по-доброму усмехнулся Виталий.

— Мало — ищи олигарха. Сразу развод и девичья фамилия. А дети, — погрустнел Денис, — пацаны-девчонки — без разницы. Наливай, а то уйду! — приказал он, переключаясь на пиво.

* * *

Мам, — тщательно скрывая недовольство, заметила молодая приземистая женщина с тонкой талией и полными округлыми бёдрами, — я ведь не просила тебя помогать.

— Может, мне и приходить к тебе не надо? — поджала губы низкорослая женщина с фигурой точь-в-точь как у дочери.

— Чего ты сразу передёргиваешь? — спросила Оксана, тоскливо подумав, что теперь мать не остановится, пока всласть не поскандалит.

— Я передёргиваю? — с готовностью ухватилась за подвернувшееся слово женщина. — Да ты всю жизнь самостоятельную из себя корчишь, лишь бы родителям назло сделать! — завизжала она. — Сама всё сама! Бьёшься как рыба об лёд с двумя детьми!

— Ma, — выглянули из дому белобрысые мальчишки-погодки, десяти и одиннадцати лет, — когда ужинать будем? — спросили они.

Хорошо изучив бабушкин нрав, пацанята попытались сбить разбушевавшуюся бабулю со скандальной стези. Однако на сей раз номер не прошёл.

— Вот, — моментально воспользовалась возгласом внуков женщина, — время девятый час, а дети не кормлены! Позорище, — заорала она, — мать повар, а дети голодные! Могла бы хоть что-нибудь с работы принести, если готовить не успеваешь, — злобным шёпотом продолжила мать.

— Я не имею привычки таскать с работы, — глухо заметила Оксана. — И ужин у нас есть. Пойдём за стол,сама убедишься, — пригласила молодая женщина, отчаянно надеясь, что неизбежный скандал продолжится хотя бы не на улице, на глазах у соседей.

— Кушайте, мои сладкие, кушайте, — елейно обратилась к уплетающим за обе щёки внукам женщина. — Ох, Оксанка, — подперев щёку сжатой в кулак ладонью, с нарочитой жалостью обратилась она к дочери, — говорила тебе, выходи за Игоря. А ты за Антоху своего уцепилась. Теперь вот маешься. Больной же парень был, — добавила она уже мягче. — Разве можно за больных замуж выходить? Ещё неизвестно, как на мальчиках отразится. Вдруг тоже астма? Говорят, что эта болячка в подростковом возрасте обостряется.

— Мы ждоровые, — пробубнил с набитым ртом Максим.

— Мы каратэ занимаемся, — поддержал брата Роман. — Если бы болели, нас бы в секцию не взяли.

— Дай Бог, чтоб и дальше не болели, — расцеловала внуков в макушки бабушка, собираясь уходить. — Оксан, — зашептала она в прихожей, куда дочь вышла её проводить, — может, всё ж таки сойдёшься с Игорьком? Он ведь так до сих пор и не женился. По тебе сохнет.