Книга Избранники фортуны, страница 40 – Татьяна Богатова

Мышковец был уверен, что Горбач с готовностью отзовётся на его зов по первому требованию. Так, собственно говоря, и произошло на следующее утро после конфликта с Севой. Мышковец встретился с Егором в сквере неподалёку от отдела вневедомственной охраны.

— Приветствую, Евгений Геннадьевич, — осклабился тридцатипятилетний мужчина среднего роста, чуть выше Мышковца, коротко стриженный, сутулый, с мелкими мутно-зелёными взирающими исподлобья глазами. — Что за тема у тебя?

— Здорово, Егор, — сухо кивнул Мышковец. — Что за официоз, чай, не на службе.

— Это я из уважения, — хихикнул Горбач. — Но как скажешь, Геннадьич. Желание клиента — закон.

— Так уж и клиента, — прищурился Мышковец.

— А чего? — удивился Горбач. — Так и есть, клиента, для которого исполним любой каприз. За ваши деньги, разумеется, — вновь захихикал он.

— Ох, Егор, — притворно вздохнул Мышковец, — до чего же быстро человек забывает о благодарности.

— Да я чего, Геннадьич, — сообразив, засуетился Горбач, — я же пошутил. Стопудово, всё сделаю…

— Да ладно, — усмехнулся бывший начальник, — за мелочёвку какую-нибудь, естественно, я не стал бы бабло предлагать. А тут тема посерьёзнее. И оплата соответствующая.

— Что за тема-то? — заинтересованно спросил «сборщик дани».

— Нормальная тема, — продолжал увиливать Мышковец, словно испытывая собеседника на его готовность услужить. — Организовать погибель одного неприятногомне человечка.

— Тема серьёзная, — скривил рот Горбач.

— Не ссы, ножом махать не заставлю. Прислушайся внимательнее к словам: организовать. Соображаешь?

— Вариантов много, — озираясь по сторонам, заявил Горбач.

— Вот, — удовлетворённо кивнул Мышковец, — я знал, что ты сразу усечёшь. Перца этого надо так убрать, чтобы никто не подкопался. Нам лишняя суета не нужна.

— Да сделаем, шеф, не боись, — сплюнул сквозь зубы Егор. — Машиной наедем, с недостроенной высотки сбросим. Покумекаем. Надеюсь, бабосами не обидишь?

— Можешь быть уверен, — подтвердил Мышковец, раскрыв ладонь, в которой оказался клочок бумаги с написанными цифрами. — Устроит?

— На треть прибавишь, — пожевал губами Горбач, — и сойдёмся. Нет так нет. Подопытного я не знаю. Стало быть, расходимся без претензий.

— Чего это ты цену загнул? Ссышь, что ли? Особо не ссы! Если что, я прикрою.

— Нет, Геннадьич, не в этом суть. Помощнику нужно будет отстегнуть.

— На фига тебе помощник?

— Ты же сам говоришь: не ножом махать, а организовать мокруху. Тут без помощника не обойтись.

— Кто такой? — недовольно сощурился Мышковец.

— Кирюха Осийчук.

— А-а-а, — протянул Мышковец, — которого за год до тебя за драку выгнали.

— Не за драку, Геннадьич, а за справедливость. Потому как хахалю жены морду начистить — и есть та самая справедливость.

— Одно и то же. Ладно, забили, бери Осийчука.

— И на бабки можно рассчитывать?

— Я сказал, — уверенно кивнул Мышковец. — Где ты Кирюху-то будешь искать?

— А за ним долго ходить не надо. Мы с ним вместе на рынке обретаемся.

— Понятно.

— Шеф, можешь сказать, за что перца валим?

— О, это и есть как раз Кирюхина тема.

— Неужели жена хахаля завела? — присвистнул Горбач.

— Если бы завела, — злобно хмыкнул Мышковец, — то её бы тоже валили вместе с ним.

— Ну, ты даёшь! — поразился Горбач.

— Такого, Егор, не прощают. Но здесь тема немного другая: завалить надо хахаля моей полюбовницы.